Онлайн книга «Баллада о павших драконах»
|
Но она этого не делает. Вместо этого перед глазами вспыхивает видение: кто-то с длинными светлыми волосами мечется в снежном вихре и плачет, пытаясь сорвать с головы эту самую диадему, свернувшись в такой маленький комочек, что я боялась — она исчезнет… Воспоминание рассеивается, оставляя в горле судорожный вдох, а в груди — боль, похожую на открытую рану. Я… знаю её? Это моя Иная пытается мне сказать? Я поспешно убираю ещё больше волос с грязного, избитого лица Кизари, наполовину ожидая увидеть черты той же незнакомой фейри… Это не она. Определённо. Вместо этого я прослеживаю изгиб тонкого носа, высоких скул, изящного подбородка. Светлых, чётко очерченных бровей… Она прекрасна. Самая прекрасная фейри из всех, кого я когда-либо видела. Мне больно просто смотреть на неё. Будто грудину придавили каблуком сапога, который переносит на неё всё больше веса. И в этом нет никакого грёбаного смысла. Я провожу большим пальцем по её длинным белым ресницам, не в силах понять, почему так отчаянно хочу, чтобы она открыла глаза и посмотрела на меня. Увидеть, как выглядит её улыбка. Услышать её смех. Что со мной не так? Нахмурившись, я прижимаю ладонь к её пылающему лбу, и следующие слова срываются хриплым шёпотом: — Я тебя знаю? Кто-то судорожно втягивает воздух, а следом раздаётся звук торопливых движений. Я впиваюсь взглядом в угол тёмной камеры по соседству с нашей и замечаю фейри, прячущуюся в тенях, свернувшуюся в медленно раскачивающийся комок, — покров густых волос спутался вокруг её лица и сгорбленных плеч. Моё сердце замирает, а затем начинает колотиться так сильно и быстро, что рёбра словно проваливаются внутрь. Густые вьющиеся волосы… Веснушки, перечёркнутые кровью… Блестящие глаза цвета тлеющих углей — пустые. Та пустота, которая появляется во взгляде тех, кто пробыл здесь слишком долго… — Вейя? Она моргает, выпуская слёзы, которые прочерчивают дорожки в грязи на щеках, и кивает. Живот переворачивается. — Что ты здесь делаешь? — Я… — Слова захлёбываются, будто это место уже набило ей рот камнями. По щекам скользят новые слёзы, и я тихо ругаюсь. Глаза Вейи расширяются, когда по коридору разносится топот. Множество шагов. Тяжёлых. Паника обхватывает моё горло руками и сжимает. — Мне т-так жаль, — хрипит Вейя, и от отчаянной высоты её голоса внутри меня всё обрывается. — За что? — Я хмурюсь. — Что случилось? Каан у него? При упоминании брата её лицо рассыпается. Только не это… Пожалуйста… — Хотела бы я знать. Но… — Она бросает взгляд в туннель, и я замечаю остатки руны, вырезанной на её виске, — перечёркнутой. — Он знает всё, Рейв. Он… — Её взгляд перескакивает на Кизари, глаза вновь наполняются слезами, и она судорожно втягивает воздух, поднося руки к челюсти и рту. Будто пытается вырвать слова из себя и передать их мне. — Это сделал он? — настаиваю я, кивая на принцессу. — Аркин её избил? Вейя кивает, обхватывая колени руками. Опускает голову и вновь начинает раскачиваться, свернувшись так тесно, что её легко принять за измученного ребёнка. В ней не осталось ничего от той свирепости, которую я видела в Домме. Ничего от былой самоуверенности. Цветок, от которого остался один стебель. Я смотрю на неё, затем на Кизари и снова на неё, а внутри меня что-то закипает. Жгучий, свирепый холод разливается по венам в руках и оседает на кончиках пальцев — живой. |