Книга Тысячи осеней. Том 1, страница 430 – Мэн Сиши

С того дня как Янь Уши отдал его в руки Сан Цзинсина, Шэнь Цяо выучился ничего не ожидать от других, ведь, ничего не ожидая, ты никогда не разочаровываешься и не отчаиваешься. Разумеется, Шэнь Цяо не думал, что Янь Уши бросит его здесь и уйдет, отчего несколько удивился, но вскоре понял, что в этом нет ничего неожиданного, и вернул себе прежнее расположение духа.

Янь Уши всегда был таким. Сколь бы заметно ни менялся его нрав, но основные черты оставались прежними. Как был он равнодушным мерзавцем, что думает только о себе, так и остался.

К тому же часто бывает так, что все старания тщетны и награды за них не последует. Шэнь Цяо уже давно привык к этому, так зачем горевать и говорить о разочаровании?

Тем временем Мужун Цинь и его бойцы обыскали все вокруг и мало-помалу тоже стали впадать в отчаяние. При них был сухой паек, а поскольку мастерам боевых искусств требуется гораздо меньше пищи, чем обычным людям, они понимали, что его хватит надолго. Но не могли же они оставаться тут до конца своих дней! К тому же они сидели в полной темноте под землей, без свежего воздуха, так что, не умерев от голода, они рано или поздно задохнутся.

— Может, я спущусь со скалы вниз и посмотрю там? Вдруг внизу есть проход? – предложил Са Куньпэн.

Немного поразмыслив, Чэнь Гун сказал:

— Хорошо. Внизу много халцедона, но опору найти можно. Будь осторожен, старайся не задеть кристаллы, и тогда все будет в порядке.

Са Куньпэн ответил согласием. К нему присоединился Мужун Сюнь, который был молод и полон сил: ему надоело сидеть сложа руки, и он решил тоже спуститься вниз.

Во время стычек все они получили от обезьян царапины. У кого-то их было больше, у кого-то – меньше, но все они покраснели и опухли. Впрочем, то были лишь поверхностные повреждения, что не представляли большой опасности. Никто из них не нуждался в плодах нефритовой цистанхе. И все же они смазали раны соком, полученным из ее стеблей, и со временем зуд и покраснения прошли.

Когда молодые воины ушли, Чэнь Гун приказал Мужун Циню тоже спуститься вниз и помочь им, а сам обратился к Шэнь Цяо:

— А ты что будешь делать, когда мы выберемся?

Услышав вопрос, тот медленно разомкнул веки. В его глазах не было ни тени замешательства. Он не волновался ни за себя, ни за Янь Уши.

И причина в том, что времени прошло уже порядочно. Учитывая невероятную стремительность цингуна, Янь Уши уже, несомненно, покинул Жоцян и выбрался на поверхность. Разумеется, его боевое искусство еще не восстановилось, буддистам с конфуцианцами он отпор не даст, однако его сил хватит, чтобы вскорости связаться с адептами Чистой Луны и не попасть в беду. Иными словами, и без помощи Шэнь Цяо с ним все будет благополучно.

Вдруг даос кое-что вспомнил.

— Ты вытащил из рукояти одну из цзюаней «Сочинения о Киноварном Ян»? – уточнил он, обращаясь к Чэнь Гуну.

— Верно, – кивнул тот.

— Есть ли в этой цзюани что-то, что отличает ее от остальных? – продолжил расспросы Шэнь Цяо.

Немного помолчав, Чэнь Гун спросил:

— Что ты знаешь про «Сочинение о Киноварном Ян»?

— «Сочинение о Киноварном Ян» состоит из пяти цзюаней и объединяет в себе достоинства всех трех учений: буддизма, даосизма и конфуцианства. Это труд всей жизни Тао Хунцзина.

— И тебе довелось ознакомиться с одной или двумя цзюанями? Что теперь скажешь?