Книга 1812, страница 81 – Андрей Булычев

После непродолжительных прений было решено идти ускоренным маршем в направлении городов Новогрудок, Несвиж и Слуцк и, обойдя Минск с юга, двигаться далее на Бобруйск, достигнув который повернуть на Могилёв, и переправившись там через Днепр, соединиться с армией Барклая-де-Толли.

— Самое главное, господа, это высокий темп марша, — подвёл итог совету Багратион. — Бросайте все тяжести, кроме пушек и боевого припаса. Ничто не должно нас задерживать. Летучий корпус генерала от кавалерии Платова Матвея Ивановича, отряд генерал-майора Иловайского и кавалерийский корпус графа Сиверса будут прикрывать наш отход в арьергарде. Задача конницы состоит в том, чтобы задержать преследующих нас французов, дав армии уйти на восток.

Рота за ротой, вытягиваясь за городскую заставу и вливаясь в огромную колонну, пылили по заштатному шляху на Новогрудок и Столбцы войска. Вот выкатились полковые обозы и пушки, прошли гренадеры восьмого корпуса генерал-лейтенанта Бороздина, и уже потопал седьмой пехотный корпус.

Приподнявшись на стременах, Гончаров вглядывался в проходившие мимо ряды, стараясь разглядеть в них знакомые лица. А вот и пятый егерский полк. С кем-то из его стрелков ему уже довелось принять бой на заставе.

— Тимофей! Тимофей, привет! Живой! — Поручик Бобылёв, идя головным в роте, помахал ему рукой.

А вот и Пинюгин Костик сорвал с головы кивер и словно мальчишка, улыбаясь во весь рот, подкинул его вверх. Да, собственно, для Тимофея он и есть мальчишка, в его неполные восемнадцать.

— Живой! Здорово, ребята! — крикнул он, махая рукой в ответ. — Будем живы, не помрём!

Прошла последняя рота, скрылась за поворотом шляха, а над дорогой всё продолжала висеть пыльная пелена.

— Пошли помалу! — донеслось от стоявшего впереди казачьего полка.

— По-олк, в походную колонну! — донёсся знакомый уже голос барона Штакельберга. — Аллюр шаго-ом! Марш!

— Эскадрон, марш! Эскадрон, марш! — понеслись команды над шляхом.

— Но-о, пошёл! — Тимофей тронул поводья, и Янтарь пристроился за последним рядом четвёртого эскадрона.

Старинной дорогой, огибая с юга Минск, Вторая Западная армия шла к Бобруйску. Усталые войска, вступая в Новогрудок, надеялись на отдых, но начальство требовало продолжать марш. Где-то там за спиной шёл враг.

— Тимофей, тебе сегодня с казаками в ночной дозор, — распорядился, достигнув места постоя, Копорский. — Вчера Уловский был, так теперь твоя очередь.

— Понял, есть, господин капитан. Где с казаками встречаемся?

— В полночь на западной заставе. Сотня их и вас три с половиной десятка, так что вполне достаточно для дозора. На главной Лидской дороге из Новороссийского драгунского тоже будут дозорить, ну а вы уж по заштатной, по северной проедете. Тут в дюжине вёрст от Новогрудок местечко Вселюб имеется, а ещё вёрст двадцать к северу и Неман с паромной переправой. До переправы, конечно, далековато для ночной езды. Так что за Вселюб вёрст на десять дальше заедете, и довольно, и потом можете возвращаться.

— Понял. Всё одно это на всю ночь выезд. Людям поужинать нужно успеть. Разрешите идти?

— Иди, иди, Тимофей. Вам до выезда ещё часа три, так что успеете хоть немного отдохнуть.

— Эх, сейчас бы да после такого ужина только и спать бы, и спать, — пробормотал, вытянувшись на потнике, Носов. — Вторую неделю с марша на марш, седалище словно кирпич уже. Думал, хоть тут нам начальство даст днёвку, так нет ведь, опять гонит.