Книга Гром победы, раздавайся!, страница 54 – Андрей Булычев

— Да все, все, молчу я уже, – пробурчал глухо караульный. – Спи, Данила Гаврилович. И как только так можно? Все ведь всегда слышит, зараза, – понизил он до тихого шепота голос.

Чуть правее, там, где проходила дорога на Журжи, издали донеслось еле различимое конское ржание.

— Карпуха, слыхал? Али мне это показалось? – насторожился Егор.

— Да нет, и я вроде тоже чегой-то расслышал, – прошептал соседний караульный и щелкнул курком фузеи.

— Тихо ты! На спусковой крючок ненароком не нажми! – выдохнул в ухо неизвестно как оказавшийся за спиной караульного фурьер. – Всю задумку командирскую сломаешь и нашу фортецию раньше времени ворогу покажешь. Встаем, встаем, братцы! – приглушенно крикнул он, обернувшись. – Только чтобы без суеты, все разобрались и покамест стоим, ждем!

Два десятка егерей быстро распределились по всей линии окопа. У каждого в руках фузея, на бруствере перед некоторыми зажигательные гренады с ярко-желтой полосой. Напряжение так и витало в воздухе.

Вот издали донесся топот копыт и позвякивание лошадиной упряжи. К мосту приближался большой отряд кавалерии.

— А может быть, это наши возвращаются? – предположил Аникин. – Я сам слышал, как их высокоблагородие казачьему командиру наказ передавал возвернуть всех тех егерей, что на конях, обратно к мосту.

— Вот мы сейчас и поглядим, кто это такие, – ответил ему Кряжин. – Они уже перед самой дорожной заставой в низинке. Сейчас их ребятки из второй роты там окликнут. Оружие к бою. Всем быть наготове и не зевать.

Действительно, не успело сердце отсчитать и десяти ударов после слов унтер-офицера, как в двух сотнях шагов впереди и чуть правее окопа, как раз там, где и проходила дорога, от насыпного редута послышался громкий требовательный окрик, а вслед за ним в ночи грохнуло несколько выстрелов.

— Турки! – раздался все тот же тревожный крик, и тут же ударил короткий ружейный залп.

— Ну же, подсветка где, олухи?! – рявкнул зло Кряжин.

Возле придорожного редута мелькнуло яркое пламя, а затем до окопа докатился и грохот. Еще и еще громыхнули огненные разрывы, и теперь все подступы к дорожным укреплениям хорошо осветились.

— Плутонг, цель – конница! Дальность две сотни шагов! – рявкнул фурьер. – Залпо-ом огонь!

«Баба-ах!» – ударили раскатисто два десятка фузей и три нарезных ствола.

— Заряжа-ай! – скомандовал Кряжин. – Огонь по своему усмотрению! Шевелись, братцы!

Егеря споро работали шомполами, загоняя пули в стволы ружей к пороховым зарядам, а перед дорожным редутом земля «встала на дыбы». Там разом сработали сразу несколько мощных фугасов, подорванных пионерами. В разгорающемся пламени заложенных костров и в разрывах зажигательных гренад было хорошо видно, как в низинке мечутся фигурки людей и животных. Мечутся и падают, сраженные свинцом.

— Прекратить огонь! – прокричал пробегающий по окопу прапорщик. – Всем перезарядиться! Почему наше охранение не отходит? Сказано же было: при первом же боевом столкновении запаливать костры и отбегать к основным укреплениям!

Но вот шагах в ста перед линиями окопов и полевых редутов вспыхнуло одно, второе, затем третье пламя, а вскоре все предмостовые укрепления оградились от ночной темной степи длинной цепочкой костров.

— Хорошо, Алексей Петрович, мы их ударили, – кивнул в сторону низинки дежуривший в центральном редуте командир первого батальона. – Как раз смена Мальцева была, так Афоня выждал, когда они кучнее туда втянутся, ну и скомандовал своим фугасы подрывать. Там такой ад творился!