Книга Ты моё спасение души, страница 93 – Мара Евгеника

Молитв, к сожалению, не знаю, потому мысленно произношу все, что приходит на ум.

Прошу Бога сохранить жизнь обеим моим девочкам. Упрашиваю так же неистово, как и год назад, когда просил ниспослать нам со Славиком ребенка, потому что жена моя тихо и сдавленно почти каждую ночь скулила в подушку от того, что не может забеременеть.

Как это не забавно, но помощь в процессе зачатия ей оказала вера, только не в высшие силы, а в воды озера, купание в котором должно было обязательно помочь.

И как не крути, но через пять месяцев после этого мокрого плацебо, приехав домой, я обнаружил в кухне свою снова рыдающую жену только над тортом.

— Никитушка, я запорола торт, который мне заказали. Вернее, испортила крем. Не пойму, какой из ингредиентов пропал, потому что масса отдаёт тухлой рыбой. Представляешь, уже две порции крема выкинула. Обе попробовала и от рыбного привкуса меня прямо вырвало, хотя запаха не чувствую. Вот сделала третью, все тоже самое. Может масло подвело, но точно свежее было. Да и масло рыбой не отдаёт, а крем прямо отвратительный получается, - хлюпая красным носом, сообщает мне Бэмби.

Подхожу, крепко прижимаю к себе рыдающую малышку, глажу по спине, целую в макушку, на ушко шепчу нежные и успокаивающие слова.

— Славуль, попробовать можно крем, пока ты и этот не выкинула?

— Да, зачем, Никитушка, чтобы тебя тоже вывернуло? - фыркает жена.

Успеваю забрать стеклянную плошку из её рук, прежде чем она открывает мусорное ведро. Провожу пальцем по краю миски и облизываю его. Еще раз проделываю ту же манипуляцию. Дополнительно нюхаю. Смотрю на Славку, она на меня.

— Знаешь, очень вкусно. Никакого рыбного запаха и привкуса нет. Есть аромат ванили и нотки какой-то цитрусовой свежести. И все, сладкая моя. Может с моего пальца попробуешь, а? Мне было бы очень приятно. Облизнешь? - говорю, подмигивая.

Притягиваю свою малышку к себе, целую, проникая языком внутрь её сладкого ротика и нескромно ласкаю его.

— Ехал домой с мыслью, что первым делом затащу свою Бэмби в душ, где сначала вылижу ее кисулю, а потом буду медленно и сладко присваивать, входя в тугую норочку, - шепча пошлости на ушко жене, хватаю её на руки и несу в душ.

— Ну, я же торт не доделала, Никитка, - тяжело дыша и слабо сопротивляясь, произносит моя любимая.

— Да ну его на гору Кхуям этот торт, малышка моя. Хотя знаешь, вдруг после любви в душе у тебя все наладится, - шепчу в мои любимые губы.

После секса под душевыми струями и ужина, пока я зависаю в разговоре по рабочему вопросу, Бэмби успевает все же доделать свой торт. Правда, просит меня ещё раз продегустировать крем.

Утром я подскакиваю от грохота и странных звуков в ванной комнате. Залетев в ванную, вижу согнутое над унитазом тело своей жены, которую отчаянно рвёт. Бегу за водой. Вернувшись, нахожу рыдающую Славу.

— Говорила же, что крем плохой. Видишь, напробовалась его вчера и меня уже третий раз за утро вырвало, - растирая по щекам слезы, произносит Славик. - А тебя, Никитушка, не тошнит, живот не болит?

Пояснив, что у меня все нормально, хватаю жену, накидываю прямо на пижаму шубку, запихиваю в машину и мчусь в клинику.

После тщательного обследования нам сообщают, что жизни Славы ничего не угрожает, потому как у нее просто 10 недель беременности.