Книга Бесспорно, твое сердце будет моим, страница 43 – Яна Ланская

— Кажется, ты что-то забыла проверить, — раздаётся его голос, низкий и намеренно медленный.

Я оборачиваюсь. Он смотрит на меня, и в его глазах горит вызов, смешанный с азартом

охотника, который вот-вот получит свой трофей.

Он сокращает между нами дистанцию и целует меня. Теперь быстро, властно, лишая остатков

воли. А потом его рука накрывает мою. И направляет её. К его прессу. К поясу. Он уверенно

ведёт мою ладонь прямо к своему паху, и мои пальцы, не встречая сопротивления ткани,

мгновенно погружаются под пояс его джинсов и трусов...

Я касаюсь кожи. Горячей и гладкой. В моей руке ОН. Целиком. Я обхватываю его член, и

чувствую всё: пульсирующую каменную твердость, каждый выпирающий кровеносный сосуд, выпуклую

венозную сетку, которая теперь оказывается не фантазией, а ошеломляющей реальностью. Он

огромный, тяжёлый и невероятно живой у меня в руке. Я ахаю от неожиданности, от шока, от

дикого всплеска похоти, которая сжигает всё внутри. Он весь — сплошная живая, горячая вена.

В моих самых смелых, самых пошлых фантазиях я не могла и представить, что это ощущение в

руке будет таким впечатляющим. Таким ошеломляющим! Я читала про «стальной стержень», про

«горячую плоть», про «пульсирующую мощь». Но это всё была литература. А это — реальность.

Она тяжелее, горячее, твёрже и невероятно приятная на ощупь. Ни в одном романе я не

встречала описания этого простого, животного удовольствия — держать в руке доказательство

того, что ты сводишь с ума такого парня.

Я замираю, вжавшись в сиденье, не в силах пошевелить пальцами, не в силах оторвать руку.

Дышу ртом, слыша только бешеный стук своего сердца и его сдавленное, хриплое дыхание рядом.

Он смотрит на меня, его зрачки расширены, превратив зелёные глаза в чёрные омуты. Он видит

моё потрясение, мою растерянность и тот дикий, неподдельный голод, который, наверное,

читается у меня на лице.

— Ну что? — хрипло выдыхает он. — Такие же?

Я могу только кивнуть, сглотнув слюну. Мои пальцы судорожно сжимаются вокруг него, и он

издаёт тихий стон, от которого у меня сжимается что-то внутри.

Петя наклоняется ко мне снова. Его губы касаются моего уха.

— А мне тоже кое-что надо проверить.

Прежде чем я соображаю, что это значит, его рука стремительно скользит под пояс моих брюк.

Шершавые, тёплые пальцы без церемоний нащупывают край моих трусиков и проскальзывают под

него. Когда его пальцы, уверенные и властные, находят меня там — мокрую, взбудораженную,

готовую, я вскрикиваю от неожиданности, но это совсем не протест. Скорее шок от остроты

ощущений.

Он задерживается на секунду, позволяя мне прочувствовать весь стыд и весь восторг этого

вторжения. Потом вытаскивает руку. В полумраке салона его средний и указательный пальцы

блестят отчётливо, покрытые влажным, липким блеском, заполняя салон моим запахом.

Он подносит их к своему лицу, изучает с видом знатока, а потом смотрит на меня. И на его

губах расцветает торжествующая, хищная, безумно сексуальная улыбка.

— Так и думал, — произносит он тихо, и в его голосе звучит удовлетворение и обещание. — До

завтра, Мэри!

Я вываливаюсь из машины на подкашивающихся ногах. Дверь закрывается с мягким щелчком, и

«Мазерати» стремительно растворяется в ночи. Я влетаю в подъезд, прижимая к груди сумку. В