Книга Бесспорно, твое сердце будет моим, страница 116 – Яна Ланская

в глазах, но с кривой улыбкой на губах.

— На меня поспорил мой парень, — начинаю я с хука, чтобы заинтересовать зрителей, и мне

нравится, как звучит мой голос. Хрипло и уверенно. Я делаю паузу, смотрю в камеру, позволяя

этим словам повиснуть в воздухе. А потом моё лицо меняется. Тень боли сменяется едкой,

безумной усмешкой. — Только этот дурачок не знал, что когда споришь на Blood Mary, рискуешь

сам оказаться объектом. Один один, салатик!

Я ставлю на паузу и начинаю монтировать видео, добавляя скриншоты из своего

телеграм-канала. Прикрепляю его самые откровенные фотографии и видео, пошлые сообщения и

самые смешные комментарии моих подписчиц. Я всё сливаю.

— Вот он, ваш выигрыш, мальчики, — говорю я, и мой смех теперь звучит звонко, почти

истерично, но я не останавливаюсь. — Пока ты развлекался со своими друзьями, я делала

контент, поднимала охваты и заработала больше миллиона.

И выкладываю видео и откидываю телефон. Падаю на кровать, и на меня накатывает новая волна

нервной дрожи.

Но в этой дрожи есть доля безумного, извращённого удовлетворения. Он хотел игру? Он её

получил. Только по моим правилам.

Бегаю, как пёс угорелый, по посёлку и ищу Мэри. В глазах рябит от адреналина и от дурацкой

зелёной жижи, что попала мне в глаз. Да куда она провалилась, блядь? В боку колет,

останавливаюсь и дышу, выдохся, как девчонка на физре.

— Девушку не видели? — Останавливаю прохожих. — В чёрном пальто, чёрные волосы?

Они косятся на меня, на мою перепачканную авокадо футболку, на дикий взгляд, и качают

головами. Мне похуй, как я выгляжу. Мне нужно её найти. Всё объяснить.

Я обегаю весь посёлок по периметру, думая, что она могла пойти вдоль забора. Ничего.

Подбегаю к КПП. Охранник в будке смотрит телевизор.

— Девушка не проходила? В чёрном пальто?

— Нет, парень, никого не было, — равнодушно бросает он, даже не отрываясь от сериала.

Чёрт. Чёрт! Она просто испарилась.

Возвращаюсь к Стасу. В доме, как ни в чём не бывало, продолжается тусовка. Музыка, смех.

Как будто не было этого взрыва, этого позора. Как будто я не стоял посреди комнаты в зелёном

говне, а она не сбежала. Бесит. Бесит до тряски.

Я врываюсь в ванную, срываю с себя вонючую футболку и швыряю её в раковину. Включаю ледяную

воду, наклоняюсь под струю, пытаясь смыть с волос и с лица эту мерзость. Вода смывает

авокадо, пиво и пот. Но не смывает чувство вселенского пиздеца.

Я тру лицо руками, пытаясь стереть из памяти её лицо в момент, когда она выливала на меня

эту хрень. Холодная, ядовитая и ненавидящая.

Дверь приоткрывается, и в санузел проскальзывает Геля.

— Петя… — её голос звучит слащаво-сочувственно. — Я прощаю тебя. За всё. Понимаю, что ты

просто запутался. Соня сказала, что это всё ради меня было.

Она подходит, пытается обнять меня за голый мокрый торс, тянется губами. Её духи, сладкие и

тошнотворные, бьют в нос.

— Ты ебанутая?! — рявкаю я, отпихивая её так, что она поскальзывается на мокром полу и

хватается за раковину. — Вылезай отсюда, блядь!

Я выскакиваю из ванной, даже не вытираясь, мокрый и полуголый. Упираюсь взглядом в Соню.

Она стоит, прижавшись к стене, и кому-то пишет сообщение. Вся та ярость и боль, что

копилась, вырывается наружу и обрушивается на неё.

— Ты! Нахуя? Соня, нахуя? Ты специально нас позвала? — Ору на неё так, что горло першит. —