Книга Мое так называемое лето, страница 40 – Лада Шведова

Тимур принял чашку из моих рук:

— Расскажешь, почему уехала из дома с одним рюкзаком?

— Расскажешь, почему весь аквапарк пляшет под дудку двух девчонок?

— Так это не тайна. «Дюна» принадлежит Китовым.

— Тот самый Кит, – догадалась я. – Он сын владельца аквапарка?

— Не только аквапарка, но и сети отелей на побережье.

— Поняла. А Аврора тут при чем?

— Аврора Китова. Что на это скажет твой внутренний Шерлок?

— Скажет, что теперь все стало… элементарно.

И теперь мне правда логичнее отступить и не связываться. Потому что тягаться можно не со всеми, и когда чихуахуа тявкает на слона – это не смелость, это смех. И все же… сдаваться не хотелось.

— Твоя очередь, Сибирь. Почему ты покинула Сибирь?

— Я не из…

— Без лишних отступлений. – Тимур едва сдерживал смех. Его грудная клетка заметно вибрировала, а чай мотался по чашке и только чудом не расплескался на кровать – между прочим, мою.

— Осторожнее. – Я удержала его чашку. – Мне тут еще спать.

— Ты не будешь сегодня спать, разве что на лежаке уснешь, – порадовал он. – Или мы будем сидеть тут до утра, пока ты не расскажешь свою историю. Ну же, Сибирь, я не прошу многого. Только причину столь аскетичного путешествия.

— Непримиримые разногласия с отцом.

— Та история с твоим поступлением?

— Да, но не только. Там еще… много всего.

— Он руку поднимал на тебя?

— Что? Боже, нет! Нет, он… ничего такого. Он и голос на меня никогда не повышал. Он больше про строгие выговоры и ледяное спокойствие.

— Ммм, по описанию похож на папу-Кита. А наш с Приемником отец и голос повышал, и руку поднимал. В основном на меня как на неудавшуюся половину двух близнецов. Ромка и учился хорошо, и книги читает, и всегда весь такой положительный и понимающий, что порой хочется его ударить. Но не отцу. А я… как темная сторона Луны. Тухлая половинка гниющего яблока. За это и получал.

— Мне… жаль, – пробормотала я, сбитая с толку будничной простотой его рассказа. Он поделился важным, но так легко, словно это ничего не значило, и я просто не понимала, что с этим признанием делать. Думала даже, а не обнять ли его молча? Как он сам поступил в аквапарке. Но решила, что это как-то для меня слишком.

— Это давно было, а потому неправда.

— Это было. И… я не считаю тебя «тухлой половинкой». Совсем нет.

— Это только пока. Обычно все приходят именно к такому выводу.

— Обещаю, что я не приду.

Тимур усмехнулся и отпил чая. Ему как будто и самому стало немного неловко – может, он пожалел, что так поторопился с личными историями. Все-таки наше знакомство длилось неделю.

Он допил чай и резко встал:

— Ну что, Сибирь? Аквапарк ждет. Хватай купальник и готовься не спать до утра.

Вскоре мы стояли рядом с… мотоциклом. Тяжелый и неуклюжий на вид, он сверкал под фонарем глянцево-красными боками и совсем, совсем, совсем не манил на него присесть.

— Может, я доберусь на автобусе? – предложила я.

— С каких пор сибиряне стали трусливыми?

— Как-то неудобоваримо звучит. Сибиряки лучше.

— Тебе точно виднее.

— Ты из тех, кто упирается в одну шутку и выдает ее до конца жизни, да?

— Из тех, кто не сдается, – важно поправил Тимур и протянул мне шлем: – Надевай. Как видишь, я всеми руками за твою безопасность. И если хочешь, в первый раз будем катиться медленно, хотя я бы не назвал такую езду безопасным вариантом.