Книга Мое так называемое лето, страница 37 – Лада Шведова

— Пусть сидит на Детской! – возмутилась Аврора.

— Может, подумаем о дне сегодняшнем? Который даже не начался, а вы уже меня достали, – безэмоционально заметил начальник.

— Но она…

— Она будет под присмотром, – пообещал Тимур, обняв меня за плечи: – Под моим присмотром, конечно же. Готов ради этого уступить кому-то Красную, ммм? Что думаешь, Рус?

— Думаю, что сейчас мы не будем обсуждать какие-то следующие смены.

— А в теории?

— Даже в теории.

— Но если в паре слов…

— Вали на Красную, только молча! – отрезал Рус.

Тимур обрадованно схватил с лежака рацию, послал всем воздушный поцелуй и был таков. Кто-то выдохнул с облегчением, но точно не я – я осталась одна против множества молчаливых взглядов. Уж не знаю, как Аврора и Вика это проделали, но парни их слушались. И правда – диснеевские злодейки.

Больше всего вопросов было к Роме. На брифинге я пыталась поймать его взгляд, но он смотрел куда угодно в сторону – как и остальные, он со мной не разговаривал. На смену ему досталось место рядом со Свистком, оно звалось Кругами – это когда спасатель стоял на углу бассейна возле Желтой горки и вылавливал из бассейна круги. Отдыхающие часто бросали их в воде и шли себе дальше, и постепенно бассейн заполнялся кругами до отказа. И на Кругах надо было либо заставлять всех тащить круги из воды, либо убирать их самостоятельно, и оба варианта были так себе. Но все еще лучше, чем детская зона.

Во время обеда я сама подсела к Роману.

— Мне казалось, что девчачьи разборки тебе не интересны и ты в них не лезешь, – уколола я. Почему-то именно поведение Ромы меня задело сильнее всего, от него я не ждала подвоха. Не думала, что он так легко от меня отвернется, просто за несколько дней из теплого дружелюбия все обернется… ничем.

— Не лезу.

— Лезешь, раз поддерживаешь одну из сторон.

— Чего ты хочешь, Слава? – спросил он устало, словно я его утомила допросами. А может, просто на Кругах было не лучше, чем на Детских горках, но проклятье есть проклятье – все его повторяли, все ему следовали. И даже я в какой-то степени, потому что меня правда начало раздражать это неизменное «Пусть туда идут девчонки!».

— Хочу понять, каково это: не иметь своего мнения.

Что-то такое недоброе мелькнуло в его взгляде:

— Интересно ты заговорила.

— Еще скажи, что я нарываюсь и должна сидеть тихо.

— Не должна, но… ты казалась тихой и испуганной, это правда. Тебе хотелось помочь, но сейчас я думаю: а нуждалась ли ты в помощи? Или ты из тех, кто оттяпает руку. Не зря же Тимур тебя на пляже приглядел, он всегда выбирает… специфических девчонок.

— Меня выставил из дома собственный отец. Полагаю, характер у меня довольно паршивый. Будь я тихой, мы бы с ним легко ужились в большом доме.

В ответ Роман… рассмеялся:

— Черт! – Его взгляд потеплел. – А ты и правда не без сюрпризов.

— Как они заставили тебя отвернуться от меня? – спросила я прямо. И говоря «они», я скорее имела в виду одну Аврору. Чувствовалось, что вся неприязнь в мою сторону исходит от нее.

— Это не так сложно, когда знакомство длится годами.

— Им есть чем тебя шантажировать?

— Я не такой хороший парень, как ты подумала, Слава. Хотелось бы, но я совершал ошибки, и некоторые… о некоторых не хочется распространяться. Поэтому прости меня. И ты правда мне нравишься, искренне.