Книга Несбывшаяся любовь, страница 53 – Марина Эльденберт

Будь я немного помладше и понаивнее, решила бы, что это счастливое стечение обстоятельств. Но я теперь жила в одном доме с Виктором Огнинским, а свои розовые очки я разбила очень давно. Поэтому я пообещала Ане перезвонить и направилась к Бёрну. Ему не повезло, что в этот момент, когда я была зла как черт, он оказался дома.

Мы не разговаривали с того самого дня, как поссорились в хлам. Даже когда умудрялись сталкиваться в этом огромном доме, не здоровались, просто делали вид, что не замечаем друг друга. Вернее, я делала вид, что Бёрн мне не интересен, он же испепелял меня взглядом. Но сегодня злой была я, ворвавшись в его спальню.

Очевидно, когда-то она принадлежала его родителям, просторная и светлая, с большой кроватью и роскошной, в стиле особняка, мебелью. С большими окнами и террасой. Но сейчас я вряд ли могла трезво оценить элегантный интерьер или удобство спальни. Я видела перед собой только Виктора, который появился из смежной комнаты, за дверью которой, судя по тому, что он как раз натягивал белую рубашку, пряталась гардеробная.

У меня на языке вертелось множество слов, заготовленных фраз, которые я собиралась ему сказать. От «не стоило напрягаться по поводу меня» до «пока ты распыляешься на мои проблемы, наш общий враг под тебя копает». Но я столкнулась с неожиданным препятствием в виде обнаженной груди Бёрна. Мой взгляд скользнул по мощным, словно литым, мышцам мужского торса, и у меня мгновенно пересохло в горле. Вместо того, чтобы призвать его к осторожности, напомнить, что чем раньше мы найдем этого кукловода, тем быстрее разъедемся по разным домам, а в идеале — по городам или даже странам, я выпалила:

— Я не стану расплачиваться телом за твою помощь!

Изумление моим резким вторжением Виктора быстро сменилось яростным прищуром.

— То есть в мою склонность к благотворительности ты не веришь?

— А она есть? — опешила я. — Склонность к благотворительности.

— Вообще-то нет, — хмыкнул Бёрн и вдруг стянул с себя рубашку, так ее и не надев. — На самом деле я подлый манипулятор, который рассчитывал на то, что ты растаешь от спасения твоего бизнеса и прибежишь меня благодарить. На коленях, конечно же.

Мои щеки загорелись от смеси стыда, гнева и возбуждения, потому что тело на почти обнаженного Виктора всегда реагировало так, как нужно было ему.

— Ты можешь думать о чем-то еще кроме секса?

Бёрн приблизился ко мне походкой хищника. Наступал, а я отступала, пока не уперлась спиной к закрытой двери. Тут он меня и настиг.

— Невозможно думать о чем-то другом, когда ты рядом, Ромашка. — Он опалил мое ухо горячим дыханием. — Думал, трахну тебя, и голова снова станет ясной. А нет, все так же в тумане.

Я задохнулась от его отрезвляющей откровенности.

— И ты решил меня купить?

— А я могу? — поинтересовался он, прижимая меня к двери своим телом. — Я бы очень хотел, чтобы с тобой все было просто, Романа. Но с тобой никогда не было просто.

И это еще слабо сказано! Непросто — ее второе имя, но, возможно, именно это мне в ней и нравилось. Мне в жизни всегда все доставалось по щелчку пальцев, но потом я встретил ее, и все изменилось. Мне понравилось завоевывать ее, присваивать, еще тогда, в юности, когда в башке одна дурь, девчонки всех сортов, вечеринки и тачки. Уверен, мне бы понравилось вместе с ней растить Руслана, менять ему памперсы и торчать на детской площадке в любую погоду, потому что детям на погоду плевать.