Книга Завтра наступит дважды, страница 67 – Лера Лебедь

Оксана шла рядом. В какой-то момент она взяла Полину за руку и крепко сжала пальцы. Улыбнулась. Будто понимала: что-то случилось. Что-то плохое. Но не отпускала. Не бросала.

— Это уже не имеет значения, — шепнула Полина.

Оксана не поверила. Только крепче сжала руку.

А Полина внутри ругала себя. До сих пор стыдится. До сих пор обижается. Сколько раз она должна пройти через это, чтобы наконец воспринять всё спокойно? Достойно? Сколько раз этот зал, эти взгляды, эти смешки должны раздавить её, прежде чем она научится стоять прямо?

Оксана остановилась неподалёку от сцены. К ним сразу подошли Эдик и Андрей. Оба встревоженные. Эдик — злой, сжатые кулаки, дёрганая челюсть. Андрей — серьёзный, собранный, но в глазах что-то дрожало.

— Ты куда делась? — набросился Эдик на Оксану. — Где ты была?

Оксана не ответила. Даже не посмотрела на него.

Андрей шагнул ближе к Полине. Посмотрел на неё внимательно. Так, как смотрел тогда, когда держал её за руку перед всей школой.

— Полина, — сказал он тихо. — Мы можем поговорить?

Она не нашла в себе сил даже ответить. Только покачала головой. Опустила взгляд. Внутри всё сжалось. Она не могла. Не сейчас. Не после всего. Не тогда, когда в зале на неё смотрят, как на прокажённую.

Оксана, не обращая внимания на парней, наклонилась к Полине. Она сверлила взглядом группу молодых людей у сцены.

— Кто-то из них прочитал письмо?

Полина подняла глаза. Оглядела толпу. У сцены стояла девушка в зелёном платье. Смеялась с диджеем. Пила что-то явно запрещённое из пластикового стаканчика. Свободная. Довольная. Счастливая. Ни тени сомнения, что то-то сделала неправильно. Откуда только такая уверенность в себе берётся?

Полина указала на неё.

Оксана развернулась и направилась в её сторону. Полина — за ней. Оксана подошла первой. Поздоровалась. Девушка дружелюбно кивнула и согласилась поговорить. Они втроём отошли подальше от сцены. Музыка здесь била по ушам, мешала расслышать слова. Приходилось наклоняться друг к другу.

Оксана начала первой. Она представила Полину. Назвала её фамилию и имя. Сказала, что её письмо украли и отдали в руки этой девушке.

— Как тебя зовут? — спросила Оксана.

— Мила, — ответила та.

Она посмотрела на Полину. Оценивающе. Как будто видела перед собой не человека, а экспонат.

— И как вы докажете, что это письмо написала именно она? — спросила Мила.

Оксана шагнула вперёд. Угрожающе. Готова была вцепиться в волосы этой заносчивой девице.

Но Полина остановила её. Достала из сумочки паспорт. Показала его Миле. Приложила к лицу. Как делают в банках, когда хотят убедиться в подлинности личности клиента.

Мила сбавила обороты. Улыбка сползла с её лица. Она подошла к лавочке у стены, достала из папки письмо и вручила его Полине.

Полина забрала. Бумага буквально жгла руки. Та самая бумага, которую она исписывала ночами. Своим дрожащим почерком. Своими глупыми, наивными словами. Она взяла это проклятое письмо. И не выбросила. Не порвала. Просто сжала в руке.

Оксана снова шагнула к Миле.

— Кто отдал тебе письмо? И кто дал тебе право читать его со сцены?

Мила ответила в том же тоне. Спокойно. С лёгким презрением.

— Авторским правом эти закорючки с ошибками не защищены. Я прочитала то, что сочла нужным. Пусть твоя подружка ещё спасибо мне скажет.