Книга Завтра наступит дважды, страница 25 – Лера Лебедь

«Что я такого сделала?»

Полина не ответила. Сбежала. Как и тогда.

Полина наконец вырвалась из душного актового зала и с облегчением вдохнула воздух, в котором уже не пахло удушливыми духами и сыростью. Коридор был полупустой, лишь впереди шумели выпускники, а из спортивного зала доносилась музыка. Она протиснулась дальше, к окну, и остановилась, ухватившись ладонью за прохладный подоконник.

Она не знала, как быть дальше.

А что, если просто не идти по сценарию прошлого? Сбежать прямо сейчас. Скинуть это жуткое бардовое платье, надеть что-то простое, удобное, обнять маму на прощание и исчезнуть. Не приходить на дискотеку, не видеть эти лица, не ждать катастрофы. Она ведь взрослая. Она может выбирать.

Полина вдруг осознала, что ровно эти же чувства были у неё тогда, много лет назад. Вот здесь, у этого самого окна, она стояла и мечтала уйти. Но не ушла. Потому что боялась. Потому что что-то держало её, какая-то упрямая, глупая уверенность, что всё ещё можно исправить. Или что всё уже решено, и убежать — значит струсить.

Сейчас она снова стояла перед этим выбором. И снова не знала, что делать.

— Полина.

Голос был холодный, как сквозняк.

Она обернулась. Оксана. Собственной персоной, с розовым платьем и красивой укладкой. Она подошла, скрестив руки на груди, и смотрела на неё с лёгким прищуром, как смотрят на непослушного ребёнка.

— Я ничего плохого тебе не сделала, — сказала Оксана спокойно, но в голосе звенело раздражение.

Полина выпрямилась.

— Ты увела у меня парня, — тихо, но твёрдо ответила она. — Хотя знала, сколько лет я сохну по Андрею.

Оксана вдруг рассмеялась. Горько. Невесело. Этот смех царапнул Полину сильнее любых слов.

— Тебе пора взрослеть, Поля, — сказала Оксана, качая головой. — Если бы ты хотела встречаться с Андреем, ты бы давно ему сказала. Или хотя бы намекнула. Но ты боишься его. Просто боишься.

Она сделала шаг ближе. В глазах — усталость пополам с презрением.

— Ты никогда с ним нормально не разговаривала. Ни разу. А теперь кричишь, что я у тебя его увела. Какие чувства, Полина? О чём вообще речь?

Каждое слово било, как пощёчина. Полина открыла рот, но не нашлась. Внутри всё перемешалось: обида, злость, стыд. Она понимала, что Оксана права. Понимала взрослой частью себя. Но та, другая, маленькая и наивная, сжималась от несправедливости и твердила: «Она предательница».

— Ты просто не имела права, — выдавила Полина.

— На что? — Оксана вскинула бровь. — На то, чтобы быть с человеком, который сам выбрал меня?

Полина промолчала. Слова застряли в горле, как кость.

— Мне жаль, что ты до сих пор играешь в детский сад, — сказала Оксана.

И в этом была такая спокойная, уничтожающая уверенность, что Полина даже не успела обидеться.

— Что тут у вас? — запыхавшись, подбежала Катя. Она переводила взгляд с одной на другую, придерживая рукой растрепавшиеся волосы. — Вы опять поругались?

— Ничего не происходит, — Оксана покачала головой. — Просто Полине нужно повзрослеть.

Она развернулась и пошла прочь. Спина прямая, шаг лёгкий, будто ничего не случилось. Полина смотрела ей вслед, чувствуя, как в груди разгорается бессильная ярость.

Катя растерянно застыла рядом, не зная, что сказать. А Полина стояла, прижавшись плечом к прохладной раме, и мечтала только об одном: чтобы этот день наконец закончился.