Книга Лозоходец, страница 151 – Айлин Лин

Шен достал немного еды. Усевшись прямо в траве, мы наслаждались картиной, что расстилалась перед нами до самого горизонта. Жевали медленно, молча, думая каждый о своём.

Внезапно, точно мираж, впереди мелькнуло стадо сайгаков. Тонконогие, лёгкие как ветер, они не бежали, летели над землёй. Я вспомнил их забавные мордочки с загнутыми носами, похожими на маленькие хоботки. Когда-то приходилось охотиться на них. Мясо жестковатое, сухое. Его надо с бараньим жиром готовить, иначе невкусно. Так и делают: шпигуют сайгачью ногу курдючным салом и чесноком, а потом зажаривают на огне. Запах такой! Хоть бери и режь кусками. Им одним насытиться можно.

Я взглянул на подсохшую лепёшку в своей руке, закинул последний кусок в рот и поднялся.

— Поехали? – спросил Шен.

— Да. Прошлое осталось где-то позади, а впереди Китай и борьба, а главное – возвращение к семье.

— Хандре в нашей команде не место! – хлопнул меня по плечу китаец. – Ты забыл упомянуть не менее важный момент – впереди большие деньги. А как ни крути они решают многое в наши дни. Заживёшь, как барин. Хозяйство купишь, жене платье, цацки. Деткам, опять же, всё, что надо.

— За тем и еду, – подмигнул Шену, забираясь в Фиат.

Всё, что было после, не сильно отложилось в памяти. Я почти всю дорогу дремал, насколько это было возможно в трясущейся и прыгающей на ухабах машине, или беседовал с Шеном ни о чём. Говорить о предстоящих боях он отказался, сославшись, на то, что, дескать, увижу всё сам. Меня бы, может, и насторожила такая неохота поведать о предстоящих соревнованиях, однако поддержка Луки, которой я заручился нежданно, негаданно, служила своеобразным гарантом от мошенничества. Пусть Лукьян и был бандитом, но в своих кругах его ценили за принципиальность и соблюдение договорённостей.

По мере приближения к Поднебесной становилось всё теплее. Иной раз ехали в штанах и майках, повязав рубахи на голову как тюрбан.

Так и в этот раз, Фиат мчал среди иссохших степей, оставляя за собой пыльный шлейф. Внезапно Шен остановил машину:

— Одевайся, скоро будем на месте. В таком виде нас не пропустят.

Мы, как могли, привели одежду в порядок, облачились в рубашки и покатили дальше.

Примерно через минут сорок вдали показалась ещё одна китайская стена – таможня. Высокие деревянные столбы, на которых рядами виднелась колючая проволока, будки и вышки охраны.

Очереди на таможенном пункте не наблюдалось. Оно и понятно, это вам не девяностые, когда границу с Китаем начали осаждать «челночники». Мы подъехали ближе и в сопровождении хмурых солдат нас провели к местному чиновнику.

— 給我你的文件(gěi wǒ nǐ de wénjiàn)? – Ваши документы? – спросил на китайском таможенник, смерив меня неприветливым взглядом, Шена здесь, судя по всему, знали, только и по отношению к нему особого пиетета не наблюдалось.

Шен тихо мне на ухо перевёл сказанное.

Мой попутчик отдал документы наши и на транспорт, а с ними ещё кипу каких-то бумажек. Хмурый чиновник просмотрел внимательно лист за листом и, видимо, не нашёл к чему придраться.

Шен комментировал каждую бумажку в руках мужчины. Переводил, что ли? Выездные документы он оформил сам, и я не особо в них заглядывал.

Диалог затянулся: таможенник бросал короткие вопросы, Шен отвечал, указывая то на один, то на другой пункт документов. Беседа начала напрягать меня. Я ничего не понимал, и затягивающийся допрос действовал на нервы. Конечно, для Шена это не первая поездка и он дока по таким делам, но где-то в душе гнездился страх, а вдруг развернут нас у границы.