Книга Лозоходец, страница 153 – Айлин Лин

Французишка, точно пиявка, повис на моей шее, до хруста позвонков, и только окрик рефери остановил его. Но разряд мне подтвердили, необходимые нормативы я сдал.

После состязания дико болела спина и голова. Я медленно спустился с ринга, подошёл к довольному Шену и с оттяжкой, но, как у нас говорится, аккуратно, ударил его под дых. Китаец мигом сложился пополам, лицо его налилось багрянцем, а рот судорожно скривился в попытке сделать хотя бы один вздох.

Я наклонился к нему:

— Ещё раз меня подставишь, не посмотрю, какие у тебя связи, порву. Меня сейчас чуть не убили. По твоей вине. Ты забыл, что у вас тут вовсю используют грязные приёмчики?

Шен с усилием поднялся, лицо, перекошенное злобой, постепенно обретает своё обычное выражение и где-то даже проскальзывает виноватый взгляд:

— Я тебя понял, – бросает он коротко и, резко развернувшись, направляется к выходу.

Я вполне отдавал себе отчёт, чем чревато нападение на Шена, но и своей жизнью по чьей-то глупости рисковать не хочу. Меня семья ждёт.

Остановились мы в съёмном домишке, где-то на окраине Чунцина, потому мне ничего не остаётся, как следовать за китайцем. Город и правда был красив своей странной, чуть хаотичной планировкой. Он взбегал и спускался с холмов. Сами местные шутили, что из двери своего дома можно легко попасть на крышу соседнего, стоящего ниже. А ещё реки, которые пронизывали Чунцин как две огромные артерии. Здесь всё было пропитано водой: воздух, земля и даже небо казалось лишь её продолжением. Невероятно, но попав сюда во мне просто бурлила и кипела сила. Когда мы ужинали на маленьких речных причалах, где стояли небольшие закусочные, вода, точно домашняя кошка льнула ко мне, поднимаясь выше досок. Я замечал порой, как волнуются из-за этого хозяева и как мог, старался утихомирить стихию. Но и мне самому хотелось иной раз просто упасть в реку и растворится в её потоке. Я подолгу сидел на берегу, напитываясь живой энергией воды. Вот и сейчас отправился туда же. Возле нашего домишки было местечко, где склон полого спускался к самой реке. А дорогу уже хорошо запомнил и заплутать не боялся.

Город озарился пурпурными всполохами заката, но подножия холмов утопали во тьме. Завораживающее зрелище. Шен был прав: закаты и рассветы Чунциня можно было признать новым чудом света.

Я погрузил ладони в прохладную воду, потом разулся и вошёл в реку по колено.

— Вот ты где! – услышал голос Шена позади. – Так и знал, что отыщу тебя здесь. Почему тебя так тянет к воде?

— Она успокаивает, – пожал я плечами.

— Егор, – он подошёл к самой кромке, но войти в реку не решился, – ты зря сегодня вспылил. Нам нужно было видеть, как сумеешь справиться.

— Меня могли убить, – не оборачиваясь, ответил ему, – ты не раз видел, как я дерусь. Что за представление? Для чего?

— Я видел, но не они, – китаец намекал на судей наших боёв.

— Ты был обязан меня предупредить. На кону моя жизнь, не твоя.

— Согласен. Но на отборочных состязаниях ещё никого не убили и не покалечили.

— Француз поддался ярости, а такие редко следуют правилам. В профессиональном спорте его бы давно дисквалифицировали.

— Так и было, – усмехнулся Шен, – потому он и подался сюда.

— И теперь мстит всем и каждому, – кивнул я, – такие типы мне знакомы.

— Так и знал, что борцовский ковёр тебе знаком не понаслышке. Завтра бой… Ты готов? Отсрочек не будет.