Книга Месть и любовь травницы, страница 41 – Эмма Серсанд

— Побудь в своих покоях, пока не пройдёт. Нечего позорить дом перед гостями.

С тех пор прошло пять дней. Но господин к ней не приходил: может, боялся, что эта сыпь заразна, а может, просто потерял к ней интерес. В гареме, как в саду: один цветок вянет, но есть десять других, которые только распустились.

Когда я пришла, Фан сидела у окна в чистом халате, расчёсанная, с лёгкими румянами на щеках – пятна были видны, но не слишком бросались в глаза.

— Сестрица Линь, – она приветливо кивнула, когда я вошла. – Простите, что побеспокоила, я слышала, вы разбираетесь в травах.

Сестрица… как же нежны и приветливы эти хищницы, когда им что-то нужно…

Я поклонилась, как положено младшей наложнице.

— Я всего лишь простая девушка, немного разбирающаяся в травах. Чем могу вам услужить?

Фан откинулась на подушки и небрежно провела рукой по шее, показывая розовые пятнышки.

— Эта дрянь не проходит. Лекарь говорит, что это аллергия, советует притирания. Я всё делаю, но мне не помогает. – Она помолчала, потом добавила тише: – А господин, как увидел, так и пропал. Говорит, боится за своё здоровье, но я же вижу, что ему просто не нравится смотреть на меня такую.

Я слушала и кивала, изображая сочувствие.

— Госпожа, позволите мне осмотреть сыпь?

Она протянула руку. Я взяла её запястье, повернула локтем вверх, внимательно посмотрела на пятна – мелкие, бледно-розовые, без шелушения.

— Сколько дней это длится?

— Пятый день.

— Чешется сильнее по вечерам?

— Да, а ещё после горячей воды.

Я кивнула. Всё, как я помнила. – Могу я посмотреть на тот чай, что вы пьёте по вечерам?

Наложница взглянула удивлённо, а потом на её прекрасном лице отразился испуг.

— Ты думаешь, что меня отравили? – прошептала она, прижимая руки к груди.

Я промолчала, делая загадочное лицо, и она быстро позвала служанку.

Та, услышав распоряжение, вернулась буквально через пару минут, держа в руках коробку с драгоценным чаем.

— Мне пожаловала его главная госпожа, – с намёком произнесла Фан, когда я заглянула внутрь и нахмурилась.

Рассыпчатый чай, листья которого казались почти чёрными, со скелетированными прожилками.

Я быстро закрыла коробку и посмотрела на Фан.

— Это очень дорогой чай, его специально закапывают в землю под корнями деревьев на три года. Считается, что он продлевает жизнь и укрепляет дух, – произнесла она.

— Да, госпожа, всё именно так, но этот чай может быть опасен. Вам не говорили?

Наложница помотала головой.

— Я что, умираю?

— Нет, – поспешила успокоить я. – Думаю, что нет. Но это немного странно, что вам не объяснили… – я сделала многозначительную паузу. – Наверное, главная госпожа решила, что вы и сами знаете, что этот чай можно заваривать только крутым кипятком. Иначе он становится небезопасен.

— Что ты говоришь? Почему?

— В чае живут споры земляного гриба. Если заварить его крутым кипятком, споры погибают, и чай становится целебен. Но если заварить его недостаточно горячей водой, споры оживают.

Наложница Фан, кажется, готова была лишиться чувств от страха.

— Если вы пьёте его не слишком часто, то появятся именно такие симптомы – слабые, не опасные, но раздражающие. Но если не прекратить его пить, вы действительно можете умереть.

Во взгляде наложницы на секунду мелькнула ярость, но потом она снова надела маску хрупкого и нежного цветка, посмотрела на меня с мольбой во взгляде.