Книга Иномирная колючка его высочества, страница 112 – Юлия Зимина

Ривиан, к моему огромному облегчению и скрытому восхищению, оказался не только потрясающим стратегом, но и мужчиной с колоссальной выдержкой. Он четко обозначил свою территорию, заявил о намерениях, но не стал давить, принуждать или тащить меня в постель прямо сейчас, аргументируя это своим статусом. Он дал мне время. Пространство. И за это я была ему искренне, до теплоты в груди, благодарна.

Мысленно уже успела составить список рисков и дивидендов, и плюсы неумолимо перевешивали. Делить ложе с мужчиной, который выглядит как ожившая фантазия, пахнет сандалом и абсолютной властью, да еще и готов ради тебя перекроить многовековые устои целой Империи? Ну, я, конечно, строптивая колючка, но точно не идиотка! Где-то на подкорке сознания я уже смирилась с мыслью, что рано или поздно впущу этого пепельноволосого демона в свою кровать. Причем не только в форме пушистого Васьки.

Главное — не сдаваться слишком быстро. Пусть поработает. Мужчины, как и серьезные инвесторы, ценят только те активы, в которые вложили максимум усилий.

Мы решили не засиживаться в покоях и сейчас неспешно прогуливались по императорскому саду. Ривиан, со свойственной ему непринужденностью, отослал весь наш сопровождающий эскорт. Никаких алебард, никаких безмолвных служанок за спиной. Только мы вдвоем, теплый ветерок, играющий в кронах вековых деревьев, и дурманящий аромат распустившихся роз.

Настроение было на удивление легким, даже игривым. Ривиан шел рядом, наши плечи периодически соприкасались, посылая по моему телу приятные, будоражащие разряды тока. Он то и дело отпускал меткие, язвительные комментарии в адрес местных придворных нравов, а я парировала, не стесняясь в выражениях. С ним было... комфортно. Как со старым, проверенным партнером по бизнесу, с которым можно не фильтровать речь.

Гравий мягко шуршал под ногами. Мы свернули за высокую, идеально подстриженную живую изгородь — как раз там, где территория личного крыла наследника плавно перетекала в гостевой сад.

И тут наша идиллия дала трещину.

Из-за кустов донеслись женские голоса. Тонкие, елейные, но пропитанные таким неприкрытым ядом, что у меня аж скулы свело от их приторной интонации. Классический серпентарий низшего звена.

— И куда это ты направилась, простушка? — брезгливо, с ленцой протянул знакомый голос. Это была Клара, одна из служанок, приставленных ко мне в новых покоях. В моем присутствии она обычно хлопала ресницами и смотрела в пол с видом невинной овечки. На деле же, как оказалось, была той еще овцой.

— В крыло Его Высочества вхожи только те, кто безупречен, — вторила ей Марта, вторая «овечка». — А с твоими нелепыми изъянами там делать нечего. Неровен час, испугаешь принца. Возвращайся в гостевое крыло, пока мы стражу не позвали. Нечего тут позориться.

Я остановилась, рефлекторно приподняв бровь. Ривиан, шедший на полшага впереди, тоже замер. Он чуть скосил на меня свои медовые глаза, и в них блеснуло мгновенное понимание ситуации.

Мы бесшумно приблизились к просвету в изгороди.

Две мои новоиспеченные, разодетые в строгую накрахмаленную форму служанки зажали на дорожке Сару — ту самую веснушчатую девочку, которая прислуживала мне в гостевых покоях и ловила кузнечиков для Кокошеньки. Сара стояла, ссутулив хрупкие плечи и низко опустив голову. Она судорожно прижимала к груди что-то темное и бархатное.