Книга Семь писем до свадьбы с Чёрным канцлером, страница 52 – Алекс Скай

Обмениваться короткими репликами, которые никто другой не слышит. Неудивительно, что третье письмо выбрало поцелуй. Самый простой способ заставить двух людей постоянно думать о границе, которую они не собирались пересекать, — сообщить точное время пересечения.

— О чём думаете? — спросил Кайр.

— О том, что автор письма умнее, чем мне хотелось бы.

— Почему именно сейчас?

— Потому что мы обсуждаем событие, которого решили не допустить, чаще, чем если бы письма не существовало.

— Согласен.

— Значит, после этого разговора не упоминаем его до завтра.

— Хорошо.

— И не смотрите так.

— Как?

— Будто хотите спросить что-то ещё.

— Я действительно хотел.

— Не спрашивайте.

— Уже интересно.

— Кайр.

— Лиара.

Музыка закончилась. Я убрала руку первой.

— До завтра.

— Очень убедительно.

К нам подошёл Рован. По его лицу я сразу поняла, что романтическая часть вечера закончилась.

— Канцлер.

— Что?

— В малом салоне нашли человека.

— Какого?

— Без приглашения.

— Задержали?

— Да. Но он утверждает, что пришёл по распоряжению госпожи Вейн.

Я повернулась.

— Моему?

— У него записка с вашей подписью.

Кайр посмотрел прямо на меня. Опять.

— Где он?

— В комнате охраны.

— Записка? — Рован передал сложенный лист. Моя подпись. Я уже даже не удивилась.

— Можно?

Кайр протянул мне. Я коснулась бумаги. Подпись была выполнена очень похоже на мою, но на этот раз письменный след отличался.

— Не я.

— Уверены? — спросил Рован.

— Да. Наконец-то автор ошибся.

Это было первое хорошее событие за вечер.

— Что в записке? — спросила я.

Рован развернул. Всего одно предложение:

«Передайте письмо лично. Никому больше».

— Какое письмо?

— У задержанного был пустой конверт.

Кайр нахмурился.

— Пустой?

— Да.

Я подняла на него глаза.

— Отвлекающий манёвр.

— Возможно.

Одновременно мы оба повернулись к главному залу. Моё третье письмо хранилось в небольшой запертой комнате рядом с кабинетом Рована. Под охраной. Как и всё остальное, что неизвестный уже умудрялся обходить. Кайр коротко сказал:

— Идём.

* * *

Дверь комнаты была заперта. Стражник стоял на месте. Печать Рована на замке не повреждена. Но когда он открыл шкаф, папка с третьим письмом лежала иначе. Я заметила сразу. Кайр тоже.

— Кто входил?

— Никто, господин канцлер.

— Ты отходил?

— Нет.

Рован проверил окно. Закрыто. Стену. Ничего. Затем открыл папку. Письмо находилось внутри.

— На месте, — сказал он.

Я не почувствовала облегчения. Слишком легко.

— Проверьте оборот.

Рован перевернул лист. Ничего. Я протянула руку.

— Подождите.

Коснулась. Письменный след был тем же. Но появился ещё один. Очень свежий. На нижнем поле. Я сосредоточилась.

— Кто-то касался бумаги.

— Это можно определить? — спросил Рован.

— Не просто касался. Писал на листе, лежавшем сверху.

— Что? — Я восстановила отпечаток. Несколько слов.

Заберите оригинал до полуночи.

— Кто-то дал распоряжение украсть письмо, — сказала я.

Кайр сразу повернулся к двери. И в этот момент в коридоре раздался шум. Один короткий крик. Затем быстрые шаги. Рован первым вышел. Мы следом. По дальнему концу коридора бежал человек в одежде дворцового служащего. В руке — папка. Не наша. Но такой же формы.

— Стоять! — крикнул Рован.

Человек даже не обернулся. Кайр сделал шаг вперёд.

— Останьтесь здесь.

Разумеется. Именно поэтому я побежала.