Книга Проклятие ледяного принца, страница 35 – Данна Леднива

— Куда я поеду? — прошептала Селина. — У меня никого нет.

Элария посмотрела на неё. Вспомнила прошлую жизнь. Селина смеялась, когда её изуродовали. Селина помогала матери. Селина была врагом. Но сейчас она была просто напуганной девушкой. Такой же пешкой, как и она сама когда-то.

— У тебя есть деньги?

— Немного.

— Возьми. Уезжай в провинцию. Найди дом. Начни заново. — Элария достала из кармана кошель. Протянула. — Здесь достаточно. На первое время.

Селина взяла. Руки дрожали.

— Почему? — спросила она. — Почему ты помогаешь мне? Я же… я же тебя ненавидела. Я хотела тебя убить.

— Знаю. — Элария улыбнулась. — Но я не ты. Я не убиваю без нужды.

Она пошла дальше. Селина осталась стоять. С кошелём в руках. Со слезами на глазах.

Ночью Элария проснулась от крика.

Она вскочила. Сердце колотилось. Крик повторился. Из покоев короля. Она побежала. По коридору, босиком, в одной рубашке. Стража расступалась.

В покоях короля было светло. Свечи. Люди. Кассиан стоял у постели. Бледный. Лицо — каменное. Король лежал. Неподвижно. Глаза открыты. Пустые.

— Он умер, — сказал лекарь. — Только что.

Элария подошла. Взяла руку короля. Холодную. Мёртвую. Она чувствовала это. Даром. Жизни больше не было. Только пустота.

— Я не успела, — прошептала она. — Я могла…

— Нет, — Кассиан обнял её. — Вы сделали всё. Он умер не от яда. Его сердце остановилось. Само.

— Но я могла…

— Нет. — Он прижал её крепче. — Не вините себя.

Она плакала. Впервые за долгое время. За этого старика. За его слабость. За его вину. За то, что он не успел стать лучше.

Кассиан держал её. Молчал. Смотрел на отца. На человека, который был его отцом. Который не любил его так, как любил брата. Но который всё же был его отцом.

— Он оставил указ, — сказал Кассиан. — Он оставил нас. Мы продолжим.

Он отпустил Эларию. Посмотрел на неё.

— Я король теперь. Официально. Коронация через неделю.

— А герцог?

— Он придёт. На коронацию. С армией. Или раньше. — Кассиан сжал кулаки. — Но мы готовы. Теперь мы готовы.

Он посмотрел на неё. В его глазах была боль. И решимость.

— Элария. Я не справлюсь без вас.

— Я рядом, — сказала она. — Всегда.

Он поцеловал её. Долго. Крепко. Как будто прощался. Как будто боялся, что она исчезнет.

— Идёмте, — сказал он, наконец. — Нам нужно готовиться. Война начинается.

Они вышли. За окном светила луна. Бледная. Холодная. Но всё ещё живая.

Как и они.

Коронация была назначена на седьмой день.

Элария провела эти дни в бесконечной гонке. Она помогала Кассиану с указами, встречалась с Орианной в подполье, училась контролировать дар. Каждую ночь она лечила короля — уже мёртвого, но всё ещё нужного. Нет, не короля. Королевство. Раны, которые оставила война. Людей, которые приходили к ней тайком. Бедняков, солдат, слуг. Она лечила всех. И теряла себя. Седая прядь. Ещё одна. Ещё.

На пятый день пришёл епископ.

Элария была в покоях, когда дверь распахнулась без стука. Вошли четверо в чёрных мантиях. За ними — епископ Малькольм. Высокий, худой, с глазами, как у змеи. Он улыбался.

— Леди Элария Нордвуд, — сказал он. — Именем Церкви Негасимого Солнца вы арестованы по обвинению в ереси и колдовстве.

Мира вскрикнула. Элария встала.

— На каком основании?

— На основании свидетельских показаний. И вашей руки. — Епископ кивнул на её запястье. Платок сбился. Знак был виден. — Знак Лунарии. Знак тех, кто поклоняется тьме.