Книга Увы, моей любви нет меры, нет предела, страница 17 – Екатерина Бакулина

— Я не только смогу, но и буду безумно счастлив помочь вам. — Илья не смог сдержать своей радости, что не укрылось от внимательной Екатерины.

Вопреки своему стеснению, Екатерина была несказанно рада согласию Ильи. По правде говоря, она, так же как и он, мечтала исполнить этот дуэт совершенно с другим партнером. Понимая, что муж не испытывает особого интереса к ее авантюре, она было хотела и вовсе исключить его из спектакля, но в последний момент передумала, опасаясь дурных слухов и сплетен, которые в их обществе имели способность разлетаться со скоростью света. В данной ситуации ей оставалось лишь довольствоваться возможностью отрепетировать диалоги с Ильей, и она была полна решимости воспользоваться этим по максимуму.

— Спасибо. Я правда вам очень благодарна… — сказала Екатерина, протягивая Илье копию пьесы.

— Не стоит. Мне это только в радость, — ответил он.

Беря листы из рук Екатерины, Илья на мгновение коснулся ее пальцев, отмечая, какими холодными были ее руки. Ему хотелось согреть эти руки всем теплом, на которое он был способен, даже если для этого пришлось бы держать их в своих целую вечность.

— У вас ледяные руки, — отметил он, задержав ее пальцы чуть дольше, чем требовалось.

— Плохое кровообращение, — быстро ответила она, высвобождая свои пальцы из теплых рук Ильи.

Ей очень не хотелось прерывать этот контакт, но она все же смогла прислушаться к уже затухающему голосу разума, понимая, что столь тесное общение может повредить им обоим. В последнее время она все больше отдавалась порывам своих чувств, забывая о логике и благоразумии. Каждый раз, расставаясь с Ильей, она убеждала себя, что все ее фантазии стоит немедленно прекратить, что в следующий раз она будет вести себя холоднее, что вовсе не примет его. Но стоило ему только появиться на пороге ее гостиной, Екатерина тут же забывала о данных себе обещаниях, надеясь, что сможет выполнить их в следующий раз. Следующий раз наступал, а обещания отодвигались все дальше.

— Давайте начнем… меня беспокоит сцена в салоне Селимены. Боюсь, я не способна передать ее раздражения, — сказала Екатерина, пытаясь перевести разговор на другую тему.

Илья, безусловно, заметил ее смущение, ведь с каждым днем его умение читать Екатерину становилось только лучше. Он понимал, что смог затронуть далекие струны ее беспокойной души, и этого знания было достаточно, чтобы иногда позволять себе больше, чем разрешал этикет.

— Уверен, что вы преуменьшаете свои способности, — ответил он, пробегая глазами по репликам Альцеста. — Давайте отрепетируем прямо на сцене, для правдоподобности, — добавил Илья, желая первым оказаться на подмостках, над которыми он так усердно трудился.

Екатерина кивнула, приподнимая платье, чтобы подняться. Уже находившийся на сцене Илья протянул ей руку, чтобы та ненароком не споткнулась. Помедлив, Екатерина все же приняла его помощь, осторожно взбираясь на сцену. Поравнявшись с Ильей, она тут же отпустила его руку и нервно поправила платье. Она мысленно настраивала себя на роль и приняла решение не думать ни о чем, кроме поведения Селимены в этой сцене. Почему-то репетиция с Ильей оказалась более волнительной, чем она представляла, и Екатерине пришлось приложить немалые усилия, чтобы скрыть свои внутренние переживания.