Книга Царь Скорбь, страница 263 – Джо Хилл

Снаружи вопили чайки. Соленый, холодный, свежий воздух обжег щеки, наполнил грудь студеной болью, и Донна подумала, что ароматов приятнее, наверное, не сыщешь больше нигде.

Окружала ее просторная автостоянка, окаймленная полукруглыми ангарами из гофрированного железа. Старый, поблекший от времени асфальт пестрел заплатами. За ангарами виднелись голые деревья, высокие желтые стебли колосняка… но где же океан? Наверное, где-то рядом, только пока не виден.

Постройки казались заброшенными, посреди пустовавшей стоянки одиноко тарахтели на холостых два джипа с водителями в рыбачьих свитерах, охотничьих куртках и вязаных шапочках за рулем. Возможно, им полагалось выглядеть как можно обыкновеннее, но из этого мало что получилось: все впечатление портили рации и резиновые дубинки на поясах. В одном из джипов сидел Джо Валентин, а за его спиной, глядя ему в затылок, притулился Донован.

— Ван! – окликнула его Донна.

Однако брат даже не оглянулся, даже ухом не повел. Кроме того, Донне крайне не понравилось выражение его лица, застывшее, безучастное, как будто Валентин исполнил ту изначальную угрозу лоботомией. Может, у Вана действительно мозг поврежден?

Возле второго джипа, пряча руки в карманы стеганой зимней куртки по колено длиной, застегнутой под самое горло, ждала доктор Патрик. На лице ее, как всегда, сияла широкая восторженная улыбка, но Донне подумалось, что сегодня этот оскал придает ей какой-то шизанутый вид – ни дать ни взять одна из жертв Джокера^[188].

— Ну, как вам морской воздух, а? Кому таким утром необходим кофе! Сегодняшний бриз и без кофе взбодрит, разбудит вмиг!

Шагнув к Донне, доктор Патрик накинула ей на шею петлю из провода, заканчивавшегося микрофоном, принялась возиться с нею, поправляя, поглаживая, укладывая провод поверх свитера Донны как можно ровней.

— Я вот уж которую неделю настаивала, чтоб вас выпустили на воздух, – призналась она. – Два месяца проторчать в подвале безвылазно… это ж свихнуться можно! И вообще, я сколько раз говорила нашим: разговор необходимо перевести в другое русло. Не столь негативное. Нужно дать вам понять: мы вовсе не враги. Мы хотим помочь. Хотим понять эту… тварь, с которой вам выпало жить многие годы. Разобраться, как все это устроено. Как вы призываете ее в наш мир, каким образом отправляете обратно…

Оставив в покое провод, она начала как-то странно, крайне чудно поглаживать Донну по плечу.

— Вообразить не могу, каково это – носить в себе подобную тайну. Должно быть, такое психологическое бремя ужасающе, ужасающе тяжело.

— Ну, не настолько все плохо, – заверила ее Донна. – Однако… доктор Патрик… если вы вправду желаете помочь мне, скажите, будьте уж так добры: какое сегодня число?

Патрик взглянула Донне в глаза и отвела взгляд. Ее тоже, как и всех остальных, мучил страх.

— Третье марта.

— Ух ты! – кивнув, восхитилась Донна. – Значит, еще полтора месяца, и вы умрете. Все до единого. Ага. К слову о жизни с психологическим бременем… вот это и вправду бремя так бремя!

Патрик отступила от Донны на шаг. Улыбка исчезла с ее лица, как не бывало.

— Зачем же кому-либо умирать?

— Все мы умрем, – напомнила Донна. – Все мы умрем. Вопрос только, когда. И насколько мерзко.

— Помогите ей сесть в джип, – велела Патрик Сэйлему с Лансингом и, отвернувшись от Донны, забралась в кабину сама.