Книга Царь Скорбь, страница 265 – Джо Хилл

— Я бы, честно говоря, не советовал, – поддержал его Сэйлем. – Вода холодная – трындец просто.

Донне подумалось, что Ван сейчас отпустит какую-нибудь остроумную грубую шуточку, но брат не издал ни звука. Так и стоял, опустив голову, пряча под медно-рыжей челкой глаза.

Больше никто не сказал ни слова. Не дожидаясь особого разрешения, Донна пихнула Вана плечом в плечо и двинулась вниз вдоль широкой полоски грязноватого песка. Миновав дюны, она заметила, что брат не сдвинулся с места. Пришлось окликнуть его – лишь после этого Ван повернулся и, пошатываясь, с опущенной головой, покачивая руками, скованными впереди, потащился за ней.

Загребая песок старенькими «Сперри», Ван жутко дрожал. Над берегом, истошно вопя, кружили стаями чайки. Оглянувшись, Донна обнаружила позади, футах в двадцати от них с Ваном, Литл-Рока и Сэйлема в одинаковых охотничьих жилетках на теплой подкладке, шагающих следом бок о бок.

Казалось, за эти два месяца они с Ваном разучились говорить друг с дружкой. Донна не знала, с чего бы начать, а Вану будто бы не хотелось разговаривать вообще.

— Как оно? – наконец-то спросила она.

К нежностям Донна не привыкла, не умела управляться с такими штуками вообще. Вот Элли – та о людях заботиться умела прекрасно, а у бодрой, смышленой, добродушной Гвен это получалось еще лучше.

— Оно? Как всегда. До колен свисает, – с тенью улыбки на губах ответил Ван и устремил взгляд в сторону океана. – Смешно, да? Валентин счел необходимым предупредить нас: не вздумайте, дескать, вплавь убегать, а я… я ни за что, никогда больше не войду в воду. Я ж им кричал: хватит… так под водой и кричал. И они слышали. Точно слышали.

У Донны в груди что-то затвердело, будто какой-то из органов вдруг превратился в камень. Да, она где-то читала, что раковые опухоли способны приобретать твердость сланца, но ярость в груди оказалась еще тверже.

— Сдохнут они, – процедила она. – Все до единого сдохнут. У Царя Скорби имеются их имена, и им об этом известно.

— Что да, то да, – кивнув, согласился Ван. – Но мы-то этого не увидим. Не доживем. Они собираются утопить одного из нас на глазах у другого. А оставшегося потом пристрелить. Тут все от паники в двух шагах. И вскоре растеряют последние крохи стеснения. Сейчас еще держатся каких-то правил, установленных тем, кто над ними главный. Следуют определенному протоколу. Соблюдение которого обеспечивает мистер Франциск. Однако еще немного, и все протоколы отправятся за окно. И с нами сделают что угодно, лишь бы собственные шкуры спасти… ну, а не выйдет, так хоть отомстить.

— О чем ты им рассказал?

— Как мы вызвали Царя Скорбь из Долгой Тьмы, чтобы покончить с Джейн Найсуондер и Ронни Вольпе. Из-за денег, которые я им задолжал. Что мы это не всерьез… не ожидали, что из этого выйдет какой-то толк. Не думали, что договор – на всю жизнь и нам придется выбирать кого-то в жертву Царю Скорби каждый год. Кое-что из этого они знали сами… к примеру, минимум половину из тех, кого мы выбрали на убой, знали еще до того, как я начал называть имена. Кстати, тебе говорили, что в Гренландии им удалось раздобыть чешуйку, громадную, как блюдо, и черную, как метеорит? Температура плавления выше, чем у вольфрамовой стали. Должно быть, «Сайдвиндер», всаженный над Гренландией в бок Царя Скорби, показался ему еле теплой ванной. И все это они разузнали сами.