Книга Царь Скорбь, страница 222 – Джо Хилл

Вот только на роликах Гвен ездила – из рук вон, а потому до Донны с Греггом и Колином так и не добралась – промахнулась, и непослушные коньки понесли ее прямиком к олуху со лбом кроманьонца. Только и успела, что локтем клюшку его оттолкнуть.

«Кроманьонец» вздрогнул, в изумлении вытаращил глаза. «Что за сука бешеная, врежется же сейчас», – отразилось на его лице. С этой мыслью он развернулся и выкинул навстречу Гвен левую руку, сжатую в кулак.

Удара Гвен не почувствовала – просто вдруг оказалась на холодном асфальте с полным ртом крови.

— ГВЕН! – взвизгнула Элли.

Приглушенный единорожьей маской, ее крик показался Гвен сдавленным писком. Внезапно Элли, дернув вниз ворот костюма, принялась бить себя резиновым копытом в грудь под левой ключицей.

— Ах так?! Тогда подыхайте! – закричала она паренькам в лякроссной форме. – Все, все подыхайте!

Жесткий удар разом вышиб из головы все связные мысли, однако чувства Гвен не подвели, и при виде Элли, старающейся коснуться чего-то на груди, у нее в животе вмиг похолодело от ужаса.

Вот только все старания Элли пропали даром. Во-первых, чтоб до чего-то дотронуться, нужна рука, а не резиновое копыто. Во-вторых, добраться до обнаженной груди мешал костюм, застегнутый на молнию сзади. В третьих, Ван, подхватив и подняв Элли так, что ролики коньков оторвались от земли, крепко прижал ее руки к телу.

— Не надо, Элли, – сказал он. – Это ж просто мальцы… мальцы безголовые.

Царь Скорбь? Выходит, Элли готова призвать Царя Скорбь из Долгой Тьмы, чтобы поджарить горстку глупых мальчишек, крушащих машину?

«Н-н-н-не-а, – едва не расхохотавшись, подумала Гвен. – Н-н-н-не-а!»

«Кроманьонец», опустив к ногам клюшку, тупо уставился на нее.

— Сама ж напросилась, сука, – зло буркнул он. – Нечего было на людей кидаться.

Глядел он под ноги, на Гвен, и приближающегося Артура вовремя не заметил. Успевший взять изрядный разгон, Артур пригнулся и с ходу протаранил «кроманьонца» плечом в брюхо. «Кроманьонец», звучно ухнув, согнулся вдвое, а Артур, выхватив из его рук клюшку, проехал мимо, к веснушчатому парню, безуспешно старавшемуся оторвать от багажника «кадди» бампер, и хлестнул его клюшкой поперек горла.

— Ы-ык-к!

Веснушчатый, нелепо взмахнув руками, рухнул с ног.

Артур, описав крутой вираж, развернулся, затормозил так резко, что колеса роликов взвизгнули, заскрежетали, стачиваясь об асфальт. Веснушчатый с «кроманьонцем» даже не пробовали подняться: первый схватился за горло, второй глухо стонал, держась за живот.

Остальные лякроссисты двинулись к Артуру.

— Эй! Эй, ты чего это?! – крикнул один.

— Мочи его! – заорал другой.

— Ребята… эй… эй, ребята… стоп, хватит, – забормотал третий.

Подкатив к Гвен вплотную, остановившись над ней, Артур закружился на месте. Толкнулся ногой и начал вращаться, будто фигурка на крышке музыкальной шкатулки. Клюшка в его руке со свистом – вжух, вжух, вжух – рассекла воздух, и лякроссисты шарахнулись назад. Один из них отступил в такой спешке, что с маху сел на асфальт. Второй, попятившись, отлетел к Донне, и та не упустила случая отвесить ему пинка под зад. Третий, отскочив фута на три, пригнулся и швырнул в Артура нащупанным под ногами камнем, однако Артур, развернувшись, ловко отбил камень развилкой, соединяющей сетку с рукоятью клюшки. Отраженный его ударом, камень угодил парнишке в бедро возле паха, и паренек взвизгнул от боли.