Книга Царь Скорбь, страница 108 – Джо Хилл

Неловко спускаясь с крыльца, Гвен оступилась и едва не подвернула лодыжку. По счастью, Артур, успевший выскочить из машины, подхватил ее одной рукой за бедро, другой за плечо и удержал от падения, не то ехать бы Гвен на бал с расквашенным носом.

— Вот объясни мне, для чего эти высокие каблуки выдуманы, – со смехом сказала она.

— Высокие каблуки изобретены, дабы девушкам было легче, споткнувшись, падать в объятия кого-либо рослого, темного кожей и симпатичного.

— Ух ты! – воскликнула Гвен. – Ничего себе! Ну, Артур Оукс… Не знала бы тебя, точно подумала бы, что ты на мне роль репетируешь.

— Не зря же я убил шесть лет жизни на изучение романских языков, а от романского до романтического – один шаг, – объяснил он.

Спустя пару часов они танцевали под «If You Don’t Know Me By Now» в исполнении «Симпли Ред»^[84]. К этому времени Артур опустил ладони к бедрам Гвен, а та, не отрываясь, глядела ему в лицо. Под бал отвели спортивный зал местной школы, вокруг явственно пахло пропотевшими бандажами и прелыми кроссовками, однако зал романтически освещали лучи софитов цвета морской волны, пол под ногами на целый дюйм устилала блестящая мишура, а глаза Гвен сияли не хуже чем платье. Артур приготовился было поцеловать ее, но тут какая-то девчонка, явно перебравшая с выпивкой, врезавшись в них, раздавила о грудь Гвен пластиковый стаканчик вишневого пунша.

— Ах ты господи! Вот я коровища-то! Извиняюсь! – взвизгнула перепившая худосочная цыпа с размазанной по щекам помадой и, пошатываясь, скрылась в толпе танцующих.

— Ничего страшного, – объявила Гвен и объяснила, что грудь вытрет насухо пледом с задних сидений «кадди», а пятно спрячет, накинув поверх платья прихваченный с собой кардиган.

Артур вывел Гвен под руку на просторную, в несколько акров, стоянку, окружавшую двухэтажную кирпичную крепость школы – вполне возможно, плода творческой мысли того же самого архитектора, что проектировал здание федеральной исправительно-трудовой колонии «Блэк Крикет». Вскоре они отыскали свою машину, и Гвен извлекла из салона ветхий гороховый кардиган, оставленный на пассажирском сиденье. Как только она застегнула последнюю пуговицу, Артур вновь обнял Гвен и привлек к себе. Из распахнутых настежь пожарных дверей спортзала доносилась музыка. На сей раз диджей поставил «Nothing Compares 2 U» Шинейд О’Коннор, и в теплом вечернем воздухе зазвенел голос ирландской девушки. Звезд в небе было не разглядеть: созвездия начисто затмевало желтоватое сияние титановых уличных фонарей. Прижавшаяся щекой к плечу Артура, Гвен идеально вписывалась в его объятия. Нет, танца они не продолжили – просто, обнявшись, покачивались под музыку. Волосы Гвен пахли летом.

Конечно же, Артуру очень хотелось нащупать ее тело под платьем, отыскать губами ее губы, однако о легкой, игривой живости духа обоим им оставалось только мечтать. Джейн Найсуондер погибла всего две недели назад, а с ее гибелью Артур и Гвен утратили нечто гораздо значительнее, важнее девственности. Лиши кого-нибудь жизни, и совершённое убийство остается с тобой навсегда. С ним ты ложишься спать вечером, с ним просыпаешься по утрам. Многие месяцы Артуру по ночам снилась Гвен, однако домой он в конце дня возвращался к Джейн Найсуондер. Именно Джейн каждый вечер встречала его во мраке спальни с неизменным оскалом на обугленном, почерневшем лице.