Книга Собаня, страница 128 – Алекс Лоренц

— Вот скажите мне, образованные люди, можеть девка без мужика обрюхатиться? – без предисловий спросила она. – Или не можеть?

Семен прыснул со смеху и пробормотал извинения.

— Дочка забеременела? – догадался Саня.

— Агась. Она у нас не гулящая, ничого такого. В училище да домой обратно только ходит. С мужиками сроду не крутилася. А вот на тебе – обрюхатилася. Из самой клещами слова не выудишь. Я было грешным делом подумала на папашку нашего, Кольку, паразита косого, да он как заорет: дура ты, мол! И по башке меня хрясь! Ну, я больше спрашивать и не стала.

— Я вам как ответственное лицо заявляю, – сказал доктор, – без участия мужчины ваша дочь забеременеть не могла. В противном, таскаать, случае нас ждет второе пришествие Христа.

Женщина мало что поняла из его слов. Стояла, переваривая услышанное. А мы, посмеиваясь, спустились вниз.

Я закурил и обратился к Сане:

— Что скажешь, профессор?

— Все признаки бреда, типичное и-бэ-эр. Может, статейку в журнал потом накатаю. Случай, таскаать, клинически чистый, классический. Если, конечно, в том проломе и вправду ночные звери не завелись.

— Напомни, что ты говорил про соседнюю квартиру, ближайшую? – встрял в разговор Семен, обращаясь ко мне.

Я вкратце пересказал историю, что услышал от библиотекарши.

— Хм… – задумался Павлов. – Тетка та в каком морге работала? Советского района?

— Не знаю. – Я пожал плечами. – Наверное.

— Вспоминаю случай – как раз трехлетней давности. Может, ты тоже слышал. Скандалище разгорелся с трупожорством.

— Что-то не припомню, – отозвался я.

— С мертвецом одним якобы что-то неладное приключилось. Лежал-лежал себе спокойно, а потом ни с того ни с сего стал брыкаться, орать, на людей кидаться. Но формальных признаков жизни не подавал – ни кровотечения, ни пульса, ни сердцебиения, ничего. Покуролесил он и опять сдох. Вот тогда-то трупожорство и вскрылось: с голеней кто-то куски оттяпал, причем когда тело уже в морге лежало. В прессу информация так и не просочилась, но слухи-то не удержишь. Какое-то время ползла молва по городу, но быстро сошла на нет: мало кто в живых мертвецов поверит. Где в этой истории правда, не знаю. За что купил, за то продаю.

— Слышал я эту байку, – сказал Смирнов. – Брехня антинаучная.

Несколько часов до следующего выезда я провел за своим столом в редакции – писал первую часть статьи под рабочим названием «Нечисть из антресоли». Пару раз подбегал Захарыч – порасспросить, проконтролировать, потереть ручонки в предвкушении.

Уйдя с головой в работу, я не заметил, как прошло время. Печатал, печатал, печатал, пока не подошел экипированный Семен.

Дверь нам открыла Лидка. Дети вдвоем сидели на тахте, а Николай, воя волком и пуская слюни, распластался кверху мордой на раскладушке. Видать, нагрузился на те деньги, что я ему дал.

— Вы внимания-то на него особо не обращайте, – предупредила заботливая супруга. – Поорет-поорет да перестанеть. Только что вот приполз на карачках. Полчаса дома не было, где выжрать успел – не знаю…

— Барахло антресольное вынесли? – спросил я, проигнорировав ее тираду.

— Не, обратно покидали.

Я смерил ее уничтожающим взглядом.

— Просил же не захламлять!

Женщина стала мять подол в растерянности.

— А что, пускай, – вступился за нее Смирнов. – Для чистоты эксперимента, таскаать.