Книга Полковник Ксанти. Легенда разведки, страница 58 – Олег Рой

Камешек?

Фасолина, зажатая между тонкими пальцами, поблескивала не то от соуса, не то сама по себе.

А девушка заулыбалась:

— Надо же! До Рождества еще вон сколько, а…

— При чем тут Рождество? — не понял Хаджи.

— Ну… — она пожала плечами. — Когда мы жили в Аргентине, это я еще маленькая была, там на рождественский ужин всегда готовили что-то в этом роде. И бросали туда монетку или вот фасолину. Фасоль, конечно, в самый последний момент, чтобы развариться не успела. И кому она достанется, тот становился королем Рождества. Ну или королевой. А Испания тоже католическая, вот я и подумала, что традиции должны повторяться…

— И какой в этом смысл? — он все еще не понимал.

— Да никакого в целом. Говорили, что опытная хозяйка сумеет сделать так, чтобы фасолина оказалась в нужной тарелке. Например, у нее сын или дочка стеснительные, а король или королева выбирали себе пару. На один вечер, но — глядишь, и срастется.

Скользнув по темной лавке, Лина поднялась и в три шага оказалась возле Игнасио, что возился за стойкой, и заговорила по-испански — быстро, страстно, жестикулируя и чуть не тыча в нос хозяина злосчастную фасолину. Тот, однако, только плечами пожимал да руками разводил. Хотя, показалось Ксанти, в глазах под нависшими седыми бровями пряталась усмешка.

— Говорит, случайно, — вернувшись на место, Лина положила фасолину на столешницу, склонила голову к плечу, поразглядывала находку и почему-то погладила. — Признал, правда, что традиция такая и у них есть, но… — она развела руками.

— И кого бы ты выбрала, если бы оказалась королевой? — разговаривать о личном (и непростом) за едой было неловко, но разве можно упускать такой случай?

Девушка нахмурилась и внимательно огляделась. В дальнем от входа углу бородатый мужик угрюмо поглощал, кажется, то же самое рагу, только миска его была куда внушительнее тех, что стояли перед Хаджи и Линой. Чуть ближе троица простоватого вида парней бросала кости, лениво прихлебывая из глиняных стаканов.

Покачав головой, Лина лукаво взглянула на своего визави:

— Может, Игнасио?

— Я тебе покажу Игнасио! — сурово нахмурясь, Ксанти погрозил ей пальцем.

— Ну, значит, тебе придется… — она развела руками: дескать, что ж делать, раз выбрать больше не из кого.

Сорванец, как есть сорванец! Вот что с ней, такой, делать?

Разве что схватить в охапку и утащить в логово. Логова у него не имелось, да и хватать девушку в охапку прямо здесь было идеей более чем неподходящей. Пришлось доедать — Лина, казалось, специально тянула время, заявив, что кофе тут гораздо лучше, чем варят в «Гейлорде», поэтому ей необходимо выпить еще как минимум чашку, иначе после столь сытной еды она просто уснет по дороге, и Ксанти придется нести ее на руках, а это будет недопустимым нарушением субординации…

Он, собственно, и не прочь был бы подхватить девушку на руки, но в глазах ее плясали такие насмешливые чертенята, что — не отважился. Да, он, герой и легенда, просто оробел.

И вот наконец дверь подвальчика закрылась за их спинами…

И… и ничего. Они просто пошли в сторону отеля, пошли, как ходили сотню раз. Просто рядом, он даже под руку ее не взял, идиот!

Уж под руку-то взять! Вдруг споткнется? Пусть про светомаскировку горожане и забывали, все же улицы стали значительно темнее.