Книга Полное собрание рассказов, страница 119 – Майкл Коннелли

Он посмотрел на нее и ждал. Это было место, где она творила, где чувствовала себя в безопасности. Если она хотела что-то раскрыть, это было бы сейчас. Она посмотрела на свою незаконченную работу, затем на него.

— Ты спрашивал о деньгах — сколько стоит картина, — сказала она. — Дело не в деньгах. И даже не во взломщике. Эта картина… она изменила для меня все. Я нашла свое искусство. Нашла уверенность в том, что делаю со своей жизнью. Это портрет тебя, но и меня тоже. Выход из тьмы. Не знаю, имеет ли это для тебя смысл, но это…

— Имеет, — сказал Босх. — Я понимаю.

— Тогда ты понимаешь. Я должна ее найти. Должна вернуть. Не уверена, что местная полиция это понимает. Поэтому я позвонила тебе.

Она стояла на фоне света из окон.

— Я сделаю все, что смогу, — сказал он.

— Я тебе верю.

Она подошла, обняла его и прижалась головой к его груди.

— Ты, должно быть, устал, — сказала она. — Ты летел ночным рейсом. Я приготовила для тебя комнату, если хочешь отдохнуть.

— Мне хватит кофе, и я буду в порядке, — сказал он. — Хочу позвонить детективу Стоуну, сказать, что я займусь этим. Еще подумал, может, мне остановиться в отеле или где-то еще. Не хочу…

— Не глупи. У меня большой дом, тебе хватит половины верхнего этажа. Тебя не побеспокоят… если только ты сам не захочешь.

Последнюю фразу она произнесла с чуть кривой улыбкой, которую Босх хорошо помнил.

***

В главном доме Жасмин готовила кофе, а Босх вернулся в гостиную, где изучил стену, на которой висела пропавшая картина. Вблизи он увидел пятна порошка для снятия отпечатков на штукатурке. Хорошо, что местные постарались, но он знал, что картину можно снять со стены, не касаясь ее. Он решил, что усилия криминалистов оказались напрасными.

Отвернулся и посмотрел в большое окно на улицу. Любой проезжающий мог увидеть картину и загореться ею. Сузить это до списка подозреваемых было невозможно. Он крикнул Жасмин, все еще находившейся в кухне:

— Были какие-нибудь камеры?

— Что?

— Камеры. Здесь или в домах на улице. Полиция проверяла?

— Проверяли. Детектив Стоун сказал, что ничего. Сливки и сахар?

— Черный подойдет.

Она вошла в комнату с дымящейся кружкой кофе.

— Должна была помнить. Без сливок, без сахара, — сказала она. — Дай остыть.

Она осторожно передала ему кружку. Ему хотелось сделать глоток, чтобы кофеин начал действовать, но он последовал ее совету и стоял, неловко держа кружку. На ней было написано «Girl Power»^[49].

Он повернулся и снова посмотрел в окно, его взгляд упал на дом напротив. Еще один большой дом в стиле ремесленника с полной верандой. Но он был пуст. Ни занавесок на окнах, ни комнат за стеклом. На лужайке стояла табличка «Продается».

— Когда они съехали? — спросил он.

— Пару недель назад, — сказала Жасмин.

— Ты их знала?

— Не очень. Я держусь особняком. Знаю Пэта и Джорджа по соседству. Мы выпиваем на Рождество каждый год — чередуем веранды. У меня нечетные годы, у них четные. Но это все.

— У Пэта и Джорджа есть запасной ключ от твоего дома?

— Нет.

— У кого-нибудь есть?

— Только у моего менеджера.

— Думаю, мне стоит поговорить с твоим менеджером. Где он?

— Это она. Моника Тейт. Работает в галерее на МакДилл.

Босх сделал первый глоток кофе. Он был хорош, крепкий, и Босх чувствовал, как искра достигает его крови, начиная действовать.