Книга Полное собрание рассказов, страница 106 – Майкл Коннелли

— Думал, еще полчаса, пока ты не психанешь и не вышибешь дверь. У меня не было столько времени.

— Лос-Анджелесский сарказм, — сказал Патрик, пока они шли по коридору. — Кто бы мог подумать?

На полпути, справа, была дверь того же темно-коричневого цвета, что и панели. Патрик переглянулся с Босхом, и коп кивнул — пора.

Патрик достал с бедра «Кольт Коммандер» 45-го калибра и снял с предохранителя.

— Видел люк сзади?

Босх выглядел озадаченным.

— Люк?

— Ну, вход в подвал. Двойные двери, ступеньки вниз.

Босх кивнул.

— Заперто изнутри. — И, словно поясняя, добавил: — У нас в Лос-Анджелесе обычно нет подвалов.

— У вас нет ни снега, ни ветра с холодом, так что, знаешь, пошел ты. — Патрик бросил ему яркую, натянутую улыбку. — Окна в подвале сзади есть?

Еще один кивок.

— На них черные шторы.

— Это плохо, — сказал Патрик.

— Почему?

— Никто не вешает шторы на подвальные окна, если у него там не домашний кинотеатр или он не играет в «Хранилище мертвых проституток». — Он оглядел квартиру. — Эдвард не похож на любителя кинотеатров.

Босх кивнул, его зрачки расширились от адреналина.

— Давай выйдем и вызовем подмогу по правилам.

— А если он там с ней прямо сейчас?

Вот в чем была дилемма.

Босх выдохнул. Патрик тоже. Босх положил руку на дверную ручку и сказал:

— На три?

Патрик кивнул. Он вытер правую ладонь о джинсы и перехватил пистолет двумя руками.

— Раз. Два. Три.

Босх открыл дверь.

Первое, что они заметили, — обивка на внутренней стороне двери, по меньшей мере шесть дюймов кожаной звукоизоляции, как в студиях звукозаписи. Следующее — темнота. Слабый свет на лестнице шел из коридора позади них. Остальная часть подвала была черной как смоль. Патрик указал на выключатель рядом с ухом Босха и поднял брови.

Босх пожал плечами.

Патрик пожал плечами.

Шесть одного, полдюжины другого.

Босх включил свет.

Лестница делила подвал пополам, как позвоночник, и они быстро спустились. Внизу стоял старый бак для мазута, ржавый по низу.

Без слов Босх пошел налево, Патрик направо.

Элемент неожиданности больше не был их преимуществом.

Только его.

***

На стороне подвала, которую выбрал Патрик, — передней, — каркас был старым и в основном недостроенным. Первая «комната» содержала стиральную машину, сушилку и раковину с прилипшим куском грязного коричневого мыла. Следующая комната когда-то была мастерской. Длинный деревянный стол примыкал к стене, на нем все еще были закреплены старые тиски. Ничего больше, кроме пыли и мышиного помета. Последняя комната вдоль стены была отделана. Каркас закрыт гипсокартоном с одной стороны и кирпичом с другой, посередине — тяжелая, толстая дверь. Прочная рама. Попробуй вышибить такую — закончишь день в гипсе на лодыжке.

Патрик убрал левую руку с «Кольта» и вытер ее о джинсы. Он потянулся к дверной ручке, держа пистолет неуклюже на уровне груди. Выглядело, конечно, некрасиво, но если придется стрелять, он мог попасть в центр массы любого, кроме карлика или великана.

Ручка скрипнула, доказывая правоту слов одного копа много лет назад: больше всего шума издаешь, когда пытаешься быть тихим. Он распахнул дверь и одновременно опустился на колени, направив пистолет чуть вверх, возвращая левую руку на рукоять, обшаривая комнату слева направо, затем обратно, пока не осознал, что видит…