Книга Инкубатор смерти, страница 158 – Ирина Градова

— Скажите, зачем вам понадобилось ворошить давнее прошлое? — задала новый вопрос репортерша. — Ведь даже если бы Пеньковский не покончил с собой, сроки давности по тому делу истекли. Выходит, его все равно не удалось бы привлечь к ответственности!

— Это так, но я придерживаюсь мнения, что истина должна быть найдена, даже если на это потребуется очень много времени. Правда не имеет срока давности, согласны?

— Ты был великолепен! — с улыбкой сказала Гумилева, когда погасли камеры и софиты, а ее ассистентка сняла с них микрофоны. — «Правда не имеет срока давности…» — это изречение достойно того, чтобы его увековечить!

— Дарю, — улыбнулся Евгений. — Пользуйся.

— Ловлю на слове!

— Спасибо, что не стала муссировать тему о самоубийстве Пеньковского, — посерьезнев, поблагодарил приятельницу прокурор.

— Но есть же официальное заключение, по которому его смерть признана самоубийством, так?

— Так.

— Но ты не уверен?

Он неопределенно хмыкнул.

— Как бы то ни было, все закончилось более или менее удачно, — подытожила Лариса. — Суда не будет… А ты стал городским героем, прокурор Пак!

— Вот как?

— Не делай вид, что не знаешь: ты спас Марию Семенову, которую готовились разобрать на органы!

— Мне помогали друзья, и без них у меня ничего бы не вышло.

Он взглянул на часы и вскочил на ноги.

— Ох, пора бежать!

— Занятой прокурор Пак снова должен спасать мир? — усмехнулась репортерша.

— Ага, только захвачу свое разноцветное трико, которое оставил в раздевалке.

Поднявшись из кресла, Лариса подошла поближе и легонько клюнула Евгения в щеку.

— Надеюсь, впредь ты будешь осторожнее и не станешь рисковать понапрасну, — тихо сказала она.

— Я никогда не рискую просто так, — заверил ее прокурор. — Только когда уверен в результате!

Дорога до прокуратуры заняла у него минут сорок: пробки. На улицах было довольно людно: хорошая погода в этот пятничный вечер заставила выползший из офисов народ отправиться исследовать многочисленные питейные заведения и места общепита вместо того, чтобы завалиться на диван с пультом от телевизора.

Евгению и в самом деле следовало поторопиться, если он хотел успеть на мероприятие, которого, к сожалению, никак не мог избежать: Мерзлин давал пресс-конференцию по поводу обросшего новыми подробностями дела Пеньковского. Все восхваляли его «прозорливость», ведь он позволил Евгению Паку совершить беспрецедентный акт — вскрыть фундамент строящейся многоуровневой парковки, основываясь лишь на интуиции подчиненного и весьма зыбких показаниях сомнительного свидетеля! Если бы тело Володи Зубилина не нашли, Мерзлин бы как-нибудь отбрехался, а вот Евгению пришлось бы несладко. Однако все обернулось как нельзя лучше, и прокурор города праздновал победу. Он получил несколько звонков из Москвы с похвалами и посулами, и в последние дни начальника прямо-таки распирало от гордости и сознания собственной значимости. Поэтому на его бенефисе присутствовать полагалось всем работникам городской прокуратуры, дабы ни один коллега не пропустил, как прокурор города нахваливает себя и выслушивает осанну от подчиненных и приглашенных лиц.

Поднимаясь по ступенькам, Евгений заметил Кайрата, стоявшего у главного входа. Увидев прокурора, парень помахал ему рукой и направился навстречу, видимо решив, что в компании предстоящая процедура окажется не столь мучительной.