Книга Убийство во французской книжной лавке, страница 91 – Грег Мосс

— Вы узнаете в нем книжную лавку?

— Да-да. Я и сам немного рисую. Куда вы теперь держите путь?

— День такой чудесный, я подумывала прогуляться по полям, вдоль главной дороги, и подняться на винодельческую ферму. Я бы хотела, чтобы Марсель тоже пришел в среду, и Тьерри, если он дома.

— Тогда не стану вас дольше задерживать.

Он протянул ей руку, и она догадалась, что нужно помочь ему подняться с большого глиняного вазона. После сдержанного рукопожатия они распрощались. Дорога через пригород вывела ее к виноградникам, и Зои узнала то место, где Рассел пришел ей на помощь, дав отпор дикому кабану. Дождавшись пока проедут машины, она перешла через шоссе и направилась в гору, напрягая слух и пытаясь различить звуки робота-пропольщика, который, как ей казалось, должен заниматься сизифовым трудом где-то поблизости.

Не успеет робот Розали выполоть сорняки из плодородной почвы, как они снова пойдут в рост. Наверно, к лучшему, что его бедный механический мозг об этом не знает.

Чувствуя, что становится жарко, она опустила оставшиеся приглашения в набедренный карман и задумалась, который час. В понедельник, свой выходной день, она обходилась без наручных часов. Судя по положению солнца на ярко-голубом небе, было около часа пополудни. Урчание в животе укрепило ее в этой мысли. Может, Марсель догадается угостить ее обедом на ферме?

Пробираясь между голыми виноградными лозами, Зои тихонько напевала себе под нос – ту же мелодию, которую исполняла в кабине внедорожника по дороге из аэропорта в день своего приезда, – и в какой-то момент остановилась, чувствуя приятную усталость. Она попыталась вспомнить, кому принадлежит высказывание о том, что «потеют – лошади, мужчины – покрываются испариной, а дамы – рдеют румянцем». Кажется, она встречала эту цитату в умном фантастическом романе Терри Пратчетта.^[57]

Но это, должно быть, что-то более древнее? Я определенно покрываюсь испариной, и это мягко сказано.

Впереди виднелись фермерские постройки и домик управляющей винодельни. Зои решила передохнуть. Рядом оказалась водоразборная колонка с оцинкованным краном. Женщина пустила воду, подождала с полминуты, а затем освежилась, побрызгав холодной водой на лицо и шею. К сожалению, ее неуклюжесть привела к тому, что белая футболка прилипла к телу и стала полупрозрачной. Как раз в этот момент из бунгало – «льготного жилья для управляющего» – вышел Марсель в сопровождении миниатюрной женщины в синем рабочем комбинезоне, заляпанном масляными пятнами. И Марсель, и женщина выглядели смущенными.

— Здравствуйте, – поприветствовала их Зои. – Я не помешала?

Марсель представил ее как новую хозяйку книжной лавки, на что управляющая предсказуемо ответила:

— О, да. Мадам Паскаль.

— Зовите меня Зои, пожалуйста. А вы?..

— Одиль Шарпантье.

— Какое красивое имя. – Она вспомнила слова Жюльена о Наполеоне Этьене и номинативном детерминизме. – Вы не чувствовали тяги к плотницкому делу?^[58]

— В каком смысле? – недоуменно спросила Одиль.

— Она всю ночь не сомкнула глаз, – сказал Марсель. – Вам придется объяснить…

— О, да, – перебила его Одиль и слабо улыбнулась. – Меня следовало бы назвать «Делавинь» или как-то созвучно.

— В любом случае, – продолжила Зои, скрестив руки на груди из-за прилипшей к телу футболки, – я хотела бы пригласить вас в книжную лавку в среду, около четырех пополудни, после закрытия рынка. Я чувствую необходимость официально представиться всем сразу, иначе мне придется бесконечно рассказывать каждому, кто я такая, только для того, чтобы услышать в ответ: «Да-да, мы знаем». Понимаете?