Книга Клуб друзей по убийствам, страница 151 – Кэтлин Уэст

— Можешь себе представить? – спросила она, не глядя на меня. – Двадцать два года неизвестности!.. Говорят, задержан отец.

Я видела новости накануне; все это произошло, когда там находились Сара и Джордж. Следующий сюжет по телику рассказывал о Саре из Федрезерва. Ведущий сообщил, что задержано лицо, представляющее интерес. Я знала, что речь о Габриэлле Джонсон.

— Так что, – сказала я маме, садясь за столик напротив нее, – сестра звонила?

Мама положила ручку и посмотрела на меня поверх очков.

— Да. Я знаю, что ты все это время работала над проектом, хотя должна была остановиться.

Я приготовилась защищаться, выдать ей заранее продуманный ответ.

— Но не публиковала ничего в соцсетях. И не звала новых Сар…

Мама подняла ладонь.

— Я догадывалась, что ты над этим работаешь. – Она покачала головой. – Не настолько бестолковая. Не худшая мать в мире.

Это заявление меня удивило.

— Что? Ты вовсе не худшая мать! Ты знала, что мама Серафины Джонс предложила ей вколоть ботокс между бровями? В СТАРШЕЙ ШКОЛЕ?

Честно-честно! Она призналась на уроке миссис О’Лири, когда мы обсуждали самооценку.

— Ужас какой, – сказала мама. – В любом случае я радовалась, что ты общаешься с друзьями. А еще я сошла с ума или ты стала счастливее?

Я задумалась. После провала на баскетболе настроение упало ниже плинтуса. У меня не было друзей. Репутация стала хуже некуда. Мое будущее в «Святом сердце», хотя я училась там целую вечность, висело на волоске.

А Сарам оказалось не все равно. Сестре тоже. Мне помогла и Руби, мы даже созванивались по видеосвязи прошлой ночью, пока она плакала из-за Габриэллы. Похоже, всем этим людям я нравлюсь.

— Да. Объективно говоря, полагаю, я стала счастливее. Так что, значит врать – нормально?

— Нормально, что ты лгала мне, а также представителю церкви, который курирует тебя и контролирует твое будущее? – Мама потерла переносицу. – Ну, ничего хорошего в этом нет.

Мне стало жаль маму. Честно говоря, я не самая хорошая дочь. Хотя и не худший ребенок в мире.

— Думаю, продолжение проекта может пойти мне в плюс, когда я буду подаваться в колледж, – сказала я. – Сестра рассказывала тебе, что она была настоящим полицейским детективом, прежде чем уйти в монастырь? Представляешь, какие возможности для третьего сезона?!

— Давай не будем забегать вперед. Мы с Марией Терезой согласны, что ты стала не только счастливой, но и гораздо более спокойной.

Мама улыбнулась:

— И нас обеих не особо волнует, какой колледж ты выберешь.

Я обняла маму сзади и сжала ее плечи.

А потом мне позвонила сестра.

— Поедешь со мной в тюрьму? – спросила она.

Признаюсь, я не могла и вообразить, что когда-нибудь услышу от нее такую фразу. И единственный возможный ответ был: «Черт, да». Без «черт», конечно.

— Какие у нас планы? – спросила я, запрыгивая в микроавтобус «Святого сердца». Я сразу заметила, что на сестре полный монашеский головной убор – образ, который она не носила годами. Обычно все лицезрели ее седые волосы.

— Навестим Сар, – сказала Мария Тереза. – Вэнс внесла меня в список.

— ФБР внесло вас в официальный список посетителей для преступников?

— Помни, я работала полицейским детективом. И до сих пор являюсь членом оперативной группы по делу О’Нила.

Монашеский убор, как оказалось, дает значительное преимущество – люди сразу делают то, что тебе нужно. Выезд на трассу? Водители уступали. Парковка? Клянусь богом, сестру пропускали на лучшее место. А офицер за стойкой? Он выглядел брюзгливым и недовольным, стуча по клавиатуре, но, когда поднял взгляд, превратился в угодливого лизоблюда.