Книга Джули Чан мертва, страница 45 – Лианн Чжан

Я вызываю лифт, когда кто-то вдруг кричит:

— Хлоя!

— Привет! – отвечаю я, не называя блондинку по имени. Это одна из трех Белладонн, которых я с ходу не узнала.

Слишком много новых людей – это тяжело. Как будто листаешь комментарии в «Инстаграме» и пытаешься запомнить каждого пользователя.

Она догоняет меня в три длинных шага. Девушка выше меня как минимум на голову, с телом газели или спортсменки – длинные руки и ноги, гладкие светлые волосы.

— Не могу дождаться завтрашнего утра.

— Завтрашнего?

— Ну, да. Я видела тебя в списке на моем занятии. Ты, как всегда, заняла место в первом ряду. – Она подмигивает.

— Точно! Я буду. – Я понятия не имею, о чем речь.

— Я так рада видеть тебя в хорошем настроении, особенно после смерти сестры. – Она кладет руку мне на плечо и сжимает. Сильно. Очень сильно. У нее какая-то безумная хватка. – Если вдруг тебе понадобится помощь, обращайся. Мы все знаем, каково это – быть на твоем месте.

Звенит лифт. Двери открываются.

— Не буду больше тебя задерживать. Держись, и… я отправила тебе несколько аффирмаций, которые, как мне кажется, могут помочь. Проверь личные сообщения. Увидимся завтра! – с этими словами она машет рукой и почти бегом возвращается к Белле Мари, присоединяясь к толпе, уже собравшейся возле своей королевы.

В лифте я заглядываю в календарь Хлои. Утром всего одно событие: SoulCycle в семь утра.

Мой личный ад.

Стянуть с себя платье от Slate Stan – все равно что расстегнуть на теле миллион бюстгальтеров. Наконец-то я могу дышать.

После душа я падаю на кровать и тут же хватаюсь за телефон.

Я выкладываю фотографии, которые отредактировала Фиона, в «Инстаграм». Я думала, она просто подправит макияж, но она уменьшила меня на три размера и сделала мне новый нос. Наглость. Но – и пусть. Я отмечаю Slate Stan и вставляю текст, который она для меня написала. Как только пост появляется, лайки начинают сыпаться потоком. Я уже чувствовала подобный прилив дофамина от поста, посвященного смерти Джули, но это еще лучше, ведь нынешние лайки – за мою внешность. Я немного общаюсь с комментаторами и удаляю спам про криптовалюту.

Ай оставляет комментарий:

«Ты меня вдохновляешь».

Я улыбаюсь и сразу пишу ей в личные сообщения:

«Было так приятно познакомиться с тобой сегодня!»

Я какое-то время сижу в чате, но она не читает сообщение, и я переключаюсь на следующую задачу – разобраться с женщинами за столом Беллы Мари, которых я не узнала.

Шпионить при помощи соцсетей до смешного просто.

Белоснежка – это Ана Кляйн, @analuvsu. Четыре миллиона подписчиков в «Инстаграме», восемь – в «ТикТоке». Она просто… красотка. Вот и все. В этом весь ее контент. Просто чертовски привлекательная девушка. Пышный бюст, выразительные глаза, пухлые губы, красивая задница. Она выкладывает танцы не в такт в «ТикТок» и собирает миллионы просмотров, потому что у нее трясется грудь. Понимаю, почему это работает. Иногда она пишет стихи. Вот один из ее шедевров:

«Когда я с тобой,

мои чувства

чувствуют

как эмодзи.

».

Нужен особый талант, чтобы написать что-то, не достойное красоваться даже на бутылке шампуня.

Смоки-айс – это Майя Смит, @mayasmakeup. Пять миллионов подписчиков в «Инсте», двадцать восемь – в «ТикТоке». Одна из тех инфлюенсерш нового поколения, которые выкладывают только вертикальные видео. Ее лента забита инструкциями по макияжу, где она выливает на лицо полбутылки тонального крема в качестве базы. Сейчас она рекламирует свою линию косметики – One Drop. Судя по названию, для базы достаточно одной капли тонального средства. В целом неплохо. Недавно на подкасте она отрицала обвинения в пластике, заявив, что ее нос «сам уменьшился» из-за таблеток Аккутана.