Книга Запретная алхимия, страница 65 – Стейси Макьюэн

— Чтобы утром я об этом ничего не слышала, – процедила она. – Ты меня понял?

— Доброй ночи, ма, – бросил Патрик, обходя ее.

Он оставил мать кипеть от бессильной злости и толкнул входную дверь. Исайя, дремавший у камина, с кряхтением поднялся и поплелся следом, стуча когтями по полу.

Оказавшись за порогом, Патрик замер. Он запрокинул голову, вдыхая прохладный ночной воздух полной грудью. «Господи, дай мне сил», – подумал он.

Донни вывалился следом, все еще цепляясь за плечо брата, но отпустил его, стоило им сойти с крыльца.

— Я вообще-то собирался уложить ту цыпочку в постель, Пэтти. Надеюсь, у тебя что-то важное, – пробормотал он, глядя мутным взглядом куда-то в темноту.

Зрачки у него были того же цвета, что и у Патрика, но они мелко дрожали, не в силах остановиться на чем-то – и виски тут был ни при чем.

— Какую цыпочку? – хмыкнул Патрик. – Ту шлюху?

Исайя ткнулся мокрым носом ему в ладонь, поторапливая.

— Она не шлюха. – Донни пошатнулся, едва устояв на ногах. – Сказала, что она путешественница из Дорсера.

— Ну да, конечно, – выдохнул Патрик, сворачивая на улицу. Он дернул Донни за рукав, заставляя поравняться с собой. – Если я не ошибаюсь, Мари-Лор выросла на свалке своего папаши на Раттинг-Уэй.

Донни ахнул, словно его ударили:

— Вот же хрень. Это была Мари-Лор?

— Она самая, – подтвердил Патрик. – Тебе пора завязывать с выпивкой, Донни.

Тот шмыгнул носом.

— Я и до того, как начал пить, ни хрена не видел. Слепее уже не стану, верно?

Патрик промолчал, признавая его правоту. Зрение подводило Донни с детства, и с годами тьма сгущалась, пока не поглотила мир окончательно. Он ослеп раньше, чем на его подбородке пробилась первая щетина.

Патрик вздохнул.

— Слепота тебе никогда особо не мешала.

— Если подумать, ее сиськи и вправду показались мне знакомыми, – задумчиво протянул Донни. – Эй, погоди-ка. А где мой бумажник?

— Уверен, давно уже тю-тю.

Донни вцепился в рукав пальто Патрика, нащупав ткань у локтя.

— Бабы, – философски изрек он. – Забирают твои деньги, спишь ты с ними или нет. Парень хотя бы остался со мной до утра.

Патрик чиркнул зажигалкой, вложил сигарету брату в пальцы, затем прикурил вторую для себя.

— Мари за день успевает больше, чем ты за неделю, братишка, – усмехнулся он, – и обходится мне, заметь, куда дешевле.

— Я свое отрабатываю, – обиделся Донни. – Вот иду с тобой, так ведь? Ты собираешься сказать мне, куда, мать твою, мы тащимся?

Челюсти Патрика напряглись; сдерживаемое раздражение снова дало о себе знать.

— Мы к старику Берни, – сказал он. – Надо перекинуться парой слов.

Донни на миг сбился с шага, но тут же поспешил догнать.

— К Берни? А он-то что натворил?

Патрик попытался подобрать слова помягче, но, как ни крути, звучало это глупо.

— Он оскорбил одного друга.

— Друга? – фыркнул Донни. – Кого? Отто? Тот, небось, заслужил.

— Не Отто.

— Тогда кого? Берни, конечно, болван, но он безобидный, Пэтти. Оставил бы его в покое. Люди начнут болтать…

— Мне нужно просто поговорить с человеком, – успокоил его Патрик, – и все.

Он чувствовал, как Донни хмурится у него за спиной.

— Без поножовщины?

— Без, – пообещал он. – Без поножовщины. Хотя мысль заманчивая.

— Этот твой друг, – не унимался Донни. – Кто он?

Патрик промолчал, и Донни лишь тяжело вздохнул. Младший из братьев Колсон на ходу привычным движением выудил из-за пазухи пистолет и на ощупь проверил барабан.