Книга Унесенные морем, страница 160 – Бет О'Лири

— У тебя кудрявые волосы, – замечает Мэй, глядя на Зика снизу вверх. – Как у меня.

Мы разом выдыхаем – я, Пенни и Зик. Уверена, Мэй это почувствовала, и я с улыбкой беру ее за руку, чтобы разрядить обстановку.

— Кудрявые волосы самые лучшие, – говорю я ей. – Жаль, у меня не такие. Хочешь попробовать запустить камушки по воде? У Зика это отлично получается.

Он понимает намек и, отпустив мою руку, садится на корточки рядом с девочкой и начинает перебирать гравий на дорожке, ведущей к пруду, в поисках достаточно плоского камня.

— Вот этот идеально подойдет, – слегка срывающимся голосом говорит он, глядя на Мэй в профиль. – Держи, попробуй первая.

Я смотрю на Пенни. Она наблюдает за Зиком и Мэй, вид у нее напряженный и испуганный. Чувствую, как злость, которая распирала меня изнутри на протяжении недели, начинает отступать, и протягиваю подруге руку. Она берет мою ладонь в свою и крепко сжимает.

— Прости, – одними губами произносит она, и я улыбаюсь в ответ.

Может, я еще не готова по-настоящему простить ее, но понимаю, почему она врала: всего лишь хотела защитить себя и Мэй. Я знаю, что в таких делах все сложнее, чем кажется.

— Люблю тебя, – шепчу я ей, и Зик с Мэй поднимают на меня глаза.

На самом деле, эти слова могли бы быть обращены к любому из них. Я люблю их всех и в последнее время, после возвращения, испытываю почти навязчивую потребность говорить об этом вслух. Интересно, сколько продлится это ощущение, как долго я буду помнить о том, что мне безумно повезло, а не проживать бездумно день за днем. Надеюсь, смогу сохранить это навсегда.

— Это ты уплыл в море вместе с Лекси? – спрашивает Мэй у Зика.

— Ага, я. – Он запускает камень по воде – тот отскакивает от поверхности один, два, три раза.

Поразмыслив над его словами, Мэй продолжает:

— В следующий раз можешь нам позвонить и предупредить, что вы уезжаете?

Пенни удивленно прыскает со смеху.

— Ладно. Справедливая просьба, – усмехается Зик и тут же, посерьезнев, внимательно смотрит на нее и протягивает ей камешек. – В будущем обещаю всегда рассказывать тебе, что происходит.

Кивнув в ответ, она швыряет камень в пруд. Он плюхается в воду с громким «бульк», и по воде расходятся круги, добираясь до самого берега.

— Это вечеринка по случаю возвращения Лекси домой, – говорит Мэй, беря из рук Зика следующий камень и швыряя его вслед первому. – Но ведь это не твой дом, правда? Ты тоже живешь в Гилмуте, как мама и Лекси?

Зик смотрит на меня. Мы не обсуждали, что скажем Мэй, и я чувствую, как Пенни напрягается.

— Думаю, дом для меня – это не какое-то место, – отвечает он. – На самом деле, мой дом там, где живут мои люди. И я хочу быть рядом с ними, потому что так я чувствую себя дома.

Мэй задумывается.

— Значит, Лекси – твои люди?

— Одна из них. – Зик едва заметно улыбается.

— Для меня тоже. Она, мама и Райан.

— Знаю, – кивает Зик. – Вот почему я очень хотел вернуть ее тебе.

У него на лице отражается целая гамма эмоций, когда он смотрит на меня. Мне приходится прикусить губу, чтобы не расплакаться.

— Это значит «возвращение домой», – кивает Мэй, указывая на меня. – Это значит, что дом вернулся.

Я больше не могу сдерживаться. Нагнувшись, прижимаю девочку к себе, и она кладет голову мне на плечо с детской доверчивостью, которая всегда сражала меня наповал, даже когда та была крохотным комочком, засыпающим у меня на груди.