Книга Любовь и смерть, страница 89 – Элис Вайлд

Он указывает рукой на каменный алтарь, стоящий на краю горной вершины.

— Здесь я проснулась, – шепчу я и не понимаю, почему сразу не узнала это место.

— Так мне и говорили, – подтверждает бог сновидений, и веки тяжелеют от его спокойного голоса. – Прости, что не встретил тебя лично.

— А от этого бы что-то изменилось?

Он печально смотрит на меня и качает головой.

— Нет.

— Тогда я рада, что вообще получила этот шанс.

Мне приятно видеть искорки радости в его глазах.

— Хорошо сказано. Идем, у нас мало времени.

Мы вместе направляемся к алтарю. Я вижу, что Гермес уже положил на него Эроса и Смерть. Они спокойно спят, и со стороны это выглядело бы очень мило, если бы не было так пугающе близко к упокоению.

— Ты можешь спасти их?

Гипнос протягивает руки, по очереди касаясь ладонями груди каждого из богов. Его темные, как полночь, глаза широко открыты, воздух вокруг него едва заметно гудит. Он моргает и опускает руки.

— Нет, не могу, – тихо произносит он. – Но ты справишься с этим.

— Как?

— Это будет дорого стоить тебе, смертная.

Я смотрю на него, а затем перевожу взгляд на тела богов, мертвенно бледных в лучах восходящего солнца. А потом снова возвращаюсь к Гипносу.

— И какова цена?

— Выбор. Тот, что навсегда изменит судьбу, – отвечает он. – Но сначала тебе придется уснуть. Готова?

Я киваю. Вдруг поднимается сильный ветер. Мои развевающиеся волосы мягко щекочут кожу.

— Ты должна сказать. Готова увидеть сон?

— Я готова.

Гипнос подходит и кладет руку мне на голову. Перед глазами расплываются цветные круги. Небо, вершина горы, алтарь медленно исчезают. Я падаю.

Но не вниз, а внутрь.

Тьма бесконечна.

Я просыпаюсь от мысли, пронзающей мое сознание. Я очень давно не приходил в себя. Чей-то голос зовет меня, и я пробуждаюсь. Но я не знаю, кто это.

Мой разум изгибается, втягивая меня внутрь и в то же время выталкивая наружу… и вдруг я оказываюсь в разрушенном саду, залитом лунным светом, заросшем давно отцветшими белыми розами, усыпанном полуобнаженными статуям, напоминающими о забытых воспоминаниях.

Это кажется неправильным.

Это действительно неправильно.

Это место высечено не из камня и дерева, а из сердечной боли и тоски.

Я не знаю, почему я здесь, и вдруг… я чувствую ее.

Ее появление окончательно пробуждает меня ото сна. Луна освещает свежие капли росы на вновь расцветающих розах, наполняющих ночной воздух сладким ароматом. Мраморные статуи обретают прежний величественный вид.

Хейзел.

Моя дорогая смертная.

Мой светлый лучик.

Она здесь.

Я поворачиваюсь, чтобы найти ее еще до того, как она произнесет мое имя. Серебряная нить и тысяча жизней протянулась между нами с тех пор, как я в последний раз слышал ее голос… и все же он все равно ломает меня.

— Эрос? – шепчет она, и я понимаю, что обречен.

Она всегда будет ломать меня, и я не хотел бы, чтобы было иначе.

Я хочу остаться в этом мгновении навсегда, рассказать ей о том, что не мог озвучить раньше.

Я хочу только одного, позволить миру сгореть, лишь бы она стала моей…

Но тогда это бы сломало ее и доказало мою природу.

Что я, Бог Похоти и Желания, рожден не любить, а разрушать.

Но я не хочу, чтобы она страдала.

Только не она.

Сад заливает лунный свет, мягко мерцая вокруг нас, пока мир сотрясается под ногами, и я молча наблюдаю, как тени за ее спиной обретают форму – из них выходит Смерть, между ними тянется нить темнее беззвездной ночи.