Книга Любовь и смерть, страница 7 – Элис Вайлд

Его глаза сверкают яростью.

— Я хочу, чтобы ты умоляла, – поясняет он. – Моли, чтобы я пощадил душу твоего отца, и, возможно, я позволю своей руке остановиться.

От одной только мысли об этом мой желудок болезненно сжимается.

Конечно, это не первый раз, когда я умоляла сохранить жизнь отца. Думаю, мне еще не раз придется это делать, если его действительно сейчас пощадят. Но раньше я всегда просила за него сама. А сейчас мне нужно сделать это по приказу Аида, сделать это, когда у меня нет другого выбора, кроме как подчиниться, что ощущается совсем по-другому.

Больше некому нас спасти, некому встать между мной и выбранным Аидом судом. Мне придется выполнить любое его требование, каким бы жестоким оно ни было. И он это прекрасно знает.

Мой взгляд снова обращается к отцу. Страх обвивает сердце ядовитыми щупальцами, когда стражники крепче скручивают его в ожидании приказа своего владыки.

Я заставляю себя собраться с силами. Судьба отца в моих руках, и это давит на мои плечи. Я снова перевожу взгляд на Аида.

— Прошу тебя, – начинаю, почти не слыша собственного голоса из-за бешено стука сердца. – Умоляю, помилуй моего отца, и я…

— Жалко, – усмехается Аид, махнув рукой стражникам.

— Нет! – кричу я, падая на колени перед владыкой и складывая руки в мольбе. – Пожалуйста… Пожалуйста, мой повелитель, я обещаю быть послушной. Я… я готова на все что угодно, только пощади душу моего отца.

Аид смотрит на меня сверху вниз, на его лице появляется смесь усмешки и презрения, а взгляд расчетлив и холоден. Видно, что он упивается своей властью, наслаждаясь моим страхом и отчаянием. Уверена, что он искренне радуется моей беспомощности.

— Вот как? – произносит он низким и опасным голосом. – Ты сделаешь все что угодно?

Я киваю, с трудом сдерживая тошноту. Он склоняет голову набок, пристально осматривает меня с таким извращенным удовольствием, что меня охватывает бешеная дрожь.

Аид делает шаг ко мне, и я судорожно сглатываю, чтобы меня не вырвало. Мне очень хочется отвернуться и избавиться от его невыносимой близости, я невольно вздрагиваю, когда он останавливается и протягивает мне руку.

Сжав челюсти и лишь на мгновение задумавшись, я беру его за руку. Он сжимает мою ладонь мертвой хваткой. Я едва сдерживаю крик боли, когда он грубым движением ставит меня на ноги.

Я чуть не падаю от неожиданности, невольно врезаясь в него всем телом. Аид тут же хватает меня за плечо, резко прижимая к себе и не давая отстраниться, чтобы удержать равновесие.

— Хорошая девочка, – шепчет он, наклоняясь так, что почти касается губами моего уха. Его жаркое дыхание обжигает мой затылок, а по спине бегут ледяные мурашки. – И помни о том, что ты мне обещала… так как я уж точно не забуду.

Задерживая свой косой взгляд на мне еще на мгновение, он наконец выпрямляется. Аид поднимает руку, подавая знак свои людям и так неожиданно отпуская меня, что я пошатываюсь и снова падаю.

— Отец!

Даже через слой пыли это слово вырывается со вздохом облегчения, когда я вижу, как стражники отпускают отца, ослабляя хватку. Измученный, он беспомощно наклоняет голову вперед. Стражник уже убрал от его горла клинок, возвратив его обратно в ножны. Наконец-то можно выдохнуть.

— Цербер, – зовет Аид и поворачивается к своему псу.