Книга Любовь и смерть, страница 11 – Элис Вайлд

Эрос.

Я моргаю, в голове роем проносятся мысли, а затем наступает полная тишина.

Как я могла забыть о нем и не вспоминать с момента нашей последней встречи?

Стыд жжет щеки, когда я мысленно возвращаюсь к тому, что Аид обещал Эросу ужесточить его наказание из-за продолжающегося неповиновения Антероса. Только сейчас я понимаю, насколько серьезна была его угроза.

Чтобы жестоко наказать Бога Любви, нужно подвергнуть пыткам не его самого, а тех, кто дорог ему больше всего на свете.

И все же Антерос не отступил.

Нахмурив брови, я вспоминаю, как все было. Возможно ли, что их отношения не так просты, как кажется? Возможно ли, что Эросу удалось сбежать, тем самым сделав угрозы Аида пустыми?

Если это действительно так, тогда понятно, почему Антерос пренебрегал ими.

При одной мысли об этом сердце начинает бешено колотиться.

Возможно, надежда еще есть. Но что именно за надежда, я пока не знаю.

Допустим, что Эрос смог выбраться из бесконечных лабиринтов дворца Аида. Что он может сделать? Без Смерти он вряд ли вызволит меня из плена. Один он не справится со всеми опасностями Подземного царства.

Хотя…

Может, ему и не придется этого делать… если я уговорю Цербера помочь нам. Несмотря на все, что произошло с тех пор, он все-таки пришел ко мне до начала испытания и попросил прощения за то, что не смог обеспечить мне достойную защиту.

Возможно ли, что он до сих пор чувствует то же самое? Однажды Смерть ему доверился, возможно, при благоприятных обстоятельствах мы сможем сделать это снова.

Если только все это с самого начала не было уловкой, хотя с какой целью, сказать не могу.

Я бросаю осторожный взгляд на Цербера. Он держит меня железной хваткой, сжимает челюсти и смотрит вперед, упорно избегая встречи глазами.

Я не знаю, как он ко мне относится и чего от него можно ожидать. То он скребется в дверь, умоляя меня о прощении, то… словно оказывается одержим желанием выполнять приказы Аида.

Например, приказ доставить душу моего отца тому, кто мог бы использовать ее против меня.

Разве я могу ему доверять, не говоря уже о том, чтобы простить?

От этих мыслей на душе становится тяжело. А от воспоминаний о предсмертном желании матери хочется завыть от тоски.

Неужели я стала такой? Не терпящей ошибок, не принимающей объяснений? Неужели так быстро стала такой холодной и разучилась прощать?

Нет, я отказываюсь быть такой.

Однажды я уже совершила эту ошибку, отказавшись выслушать объяснения. Когда отвернулась от Смерти… Когда решила, что поверить в его предательство легче, чем в то, что он когда-то любил меня.

Вместо того чтобы надеяться на лучшее, я закрыла сердце на замок. И вот к чему это привело. Но самое страшное, чего это стоило тому единственному существу, которое любило меня больше жизни.

Чувство вины грузом оседает у меня в животе, стыд жжет изнутри от воспоминаний о том, как быстро я отвернулась от Смерти… и, если быть честной, от любви.

Я не позволю, не могу позволить снова превратить себя в столь уродливое создание, сотканное из горечи. Я должна жить так, как в детстве учили меня родители, несмотря на всю боль, которую жизнь причинила нам.

Я должна помнить, как важно слушать других, прощать и не рубить с плеча. Снова пытаться видеть добро в окружающих и отвечать тем же.