Книга Стань светом в темном море. Том 3, страница 113 – Softcoral

Я решил зайти с другой стороны:

— Если все так, как говорят сектанты… если я убью себя, то все исчезнет. Мы проснемся сегодня утром, будто ничего и не было.

Если уж по-честному, самое эффективное, что сейчас можно сделать, – это убить меня.

Син Хэрян некоторое время молчал, глядя на меня, и спокойно спросил:

— Вы собираетесь покончить с собой?

Он задал этот вопрос невозмутимо, не меняя выражения лица.

Я бросил взгляд на винтовку, которую он держал, и ответил:

— Нет. Я буду цепляться за жизнь зубами и ногтями. И выберусь отсюда, чего бы мне это ни стоило.

Я выберусь с этой чертовой Подводной станции! Я и так каждый день за жизнь борюсь, что, еще и добровольно умирать? Черта с два! Я не покончу с собой – никогда!

Син Хэрян едва заметно усмехнулся, кивнул и сказал:

— Тогда я сделаю все, чтобы вы смогли выбраться.

После этих слов он медленно передвинул почти разваливающийся деревянный стол на середину комнаты, ставя его параллельно стене. Я прекрасно знал, что не стоит лезть с вопросами – меньше знаешь, лучше спишь, – но, черт возьми, он прямо вынуждал интересоваться.

Я вздохнул и все-таки спросил:

— Если бы я сказал, что собираюсь покончить с собой, что бы вы ответили?

Как только спросил, стало тревожно, – не из-за самого вопроса, а от того, что может прозвучать в ответ. Но Син Хэрян вдруг ответил, как нормальный человек, чем несказанно меня удивил.

— Я бы ответил: не делайте этого.

— А… почему?

В общем-то, это нормальная реакция – отговаривать человека от самоубийства, но все равно странно слышать от него такие слова.

Но Син Хэрян замялся, а потом заговорил:

— Сектанты ни разу не упомянули ни Чжихён, ни замкома Кан Сучжон. Хотя могли бы. Это было бы сильным козырем, чтобы надавить на меня. Если они этого не сделали, значит, есть три варианта: либо эти двое хорошо спрятались где-то на Тэхандо, либо уже сбежали… либо мертвы.

Последний вариант звучал ужасно. Лучше без него. Лучше представлять, как Чжихён бегает по берегу в поисках лодки, а Кан Сучжон, ругаясь и ворча на свою начальницу, пытается разобраться в управлении. Надеюсь, они сейчас вместе с Шу Лань, Ю Гыми, Генри и Эммой, которую им удалось подобрать по пути. Выбрались и теперь где-нибудь прячутся, целые и невредимые.

— Вы, доктор, уверены, что Чжихён и замком покинули станцию на спасательных капсулах. Судя по всему, вы помогли им выбраться, а потом добровольно остались здесь и позволили взять себя в заложники ради моей команды.

Эм-м…

— Для гражданского, который не прошел никакой подготовки и с трудом может позаботиться о себе в условиях катастрофы, это по-настоящему смелый поступок. Даже звери помнят добро.

Последняя фраза прозвучала так, будто он хотел сказать: если не помнишь добра, ты хуже зверя. Видимо, он и правда не стал бы целиться не в жизненно важные органы, когда хотел меня подстрелить. Мне и сказать было нечего.

— Спасибо.

Почему-то именно это «спасибо» прозвучало особенно неловко. Будто сказал что-то не то, не к месту и теперь не знаешь, куда девать глаза. Я ведь не герой, сказать «я просто сделал, что должен» тоже не получалось, – слишком хорошо помнилось, как внутри у меня все сжималось от страха, и сколько раз я поступал так или иначе просто потому, что это был единственно возможный выход.