Книга Свадьба, страница 25 – Алекс Лоренц

— Ну дела… – только и сумел вымолвить Костя.

— Ещё какие, – вяло отозвался Кеша. Лицо его из пунцового стало болезненно-серым, словно он вот-вот брякнется в обморок.

Присутствующие с трудом оторвали ошалелые взгляды от кровавого пятна, что сгустками сползало по стене.

— Что это?! – вопросил Герман не своим голосом, глядя то на дядь Володю, то на сверстников. – Она… это… как…

— Ну, что я тебе могу сказать, дорогой жених. – Дядь Володя сочувственно похлопал его по плечу. – О благоверной своей можешь забыть. Нету её больше. Та тварь теперь вместо неё. И пока не оттяпаем гадине башку, будет шнырять по окраинам да высасывать кровь из тех, кому не повезёт. Это нечисть, самая натуральная нечисть! С полвека назад они орудовали в деревне прямо на этом самом месте, потом затаились, впали в спячку из-за недостатка питания. А на днях их тайное логово растревожили. Вам троим я рассказывал в подробностях, – обратился он к своим молодым соратникам. – Надеялся, обойдётся, а не обошлось ни хрена.

— Но Полина-то тут при чём?! – воскликнула мать Германа, разводя руками.

— Ей не повезло. Твари находятся в этом здании. Как только Полина осталась одна в туалете, её обратили. Гады здесь, вокруг. Причём могут прятаться даже на самом видном месте. Близится ночь – они активизируются, наливаются свежей силой.

— Доченька моя! – Мать невесты беспомощно прислонилась к стене и, завывая, съехала на пол. Супруг бесполезно суетился рядом, бормотал себе в усы. Герман сгорбился, спрятал лицо в ладонях, родительница его приобняла. Из этой четвёрки она лучше всех владела собой. Возможно, втайне радовалась, что судьба избавила её от нелюбимой невестки, пусть и столь кошмарным способом. Она с самого начала была уверена: счастья в их дом глуповатая вертихвостка не принесёт – только разлад и беды.

У Кости в голове крутились колёсики – частички мозаики складывались, выстраивались в картину.

— А эти трое точно мертвы? – спросил он у дядь Володи и указал на трупы мужиков, которых Полина высосала.

— Вот эти двое – точно, – ответил дядь Володя. – А третий… Мы её прервали.

Он обогнул столы, бегло взглянул на два трупа, задержался у третьего. Костя, Кеша и Ева тоже подошли. У мужика дёрнулась скула, мигнул глаз.

— Вот же чёрт! – воскликнул дядь Володя. – Он обратился! Надо рубить! А нечем…

— Сейчас принесу. – Ева вышла из зала – никто не успел у неё ничего спросить.

По зданию разнёсся переливчатый, протяжный звук, похожий не то на пение, не то на вой сирен. Вызывал противную дрожь – хуже, чем от ножевого скрежета по стеклу.

— Вот она, завыла, тварь, – сказал дядь Володя, шаря взглядом по стенам и потолку. Звук доносился из лабиринтов внутренних коммуникаций. – Ты! Тебя как звать? – спросил бывший мент у Кеши.

— Иннокентий, – ответил тот.

— Кеш, давай-ка пулей пробегись по этажам, вели всем до единого собраться здесь. Объясни, что милиционеру нужно опросить каждого в связи с пропажей человека. Гляди в оба, чтоб ни одна падла не сбежала. Если на крыльце кто курит – тоже гони сюда. Хворостину дать?

— Э-э-э-э… – совсем уж опешил Иннокентий.

— Шутка, – пояснил дядь Володя и звонко хлопнул парня по плечу. – Поторапливайся. Как всех сгонишь – скажи вахтёрше, пускай двери запрёт. И запасной выход проверит. Не забудь проконтролировать. Станет ерепениться – сошлись на меня: мол, товарищ оперследователь велел, не обсуждается.