Книга Люди и звери, страница 67 – Александр Трусов

— Надо показать фотографии машины той женщине с таксой, соседке Сосновской. Помнишь, она утверждала, что видела возле дома светлый автомобиль? Не исключено, что это он и есть. А дальше… Сам понимаешь. Регистрационный номер, владелец, вероятно, оформлена генеральная доверенность. Кроме того, в салоне наверняка полно отпечатков. Не считая моих, конечно. Что? – я наконец-то заметил, что шеф смотрит на меня как-то странно.

— Меня до сих пор удивляет, как некоторые из моих подчиненных умудряются непонятным образом двигаться по карьерной лестнице, получать награды и звания и даже как-то выживать в этом мире. Поскольку, судя по их интеллекту, они не способны и на более простые вещи.

— Что ты имеешь ввиду?

— Где-то в лесу, судя по твоим словам, остались два трупа, а раненого подполковника милиции находят на опушке с пустой пистолетной обоймой. Как ты думаешь, кто-нибудь после этого поверит в то, что двух взрослых мужчин загрызли собаки? Особенно в прокуратуре или в отделе внутренних расследований? Да я сам уже должен отстранить тебя от работы и назначить служебное расследование!

— Ты мне не веришь?

— Брось этот детский лепет! «Не веришь»! Я тебе что, воровка на доверии? Мало ли, во что я верю или что знаю. Если я буду полагаться на домыслы, мне не удержаться на своем месте и пяти минут. Во что ты хочешь, чтобы я поверил? Что одного из моих лучших сотрудников завалили как ребенка уколом в жопу какие-то педерасты, отобрали табельное оружие, а после позволили бродячим шавкам перегрызть себе горло? Ты себя слышишь, родной? Будь мужиком! Если и замочил этих козлов, так имей мужество хотя бы себе в этом признаться. Я тебя не осуждаю. Но не надо доводить дело до абсурда! А будешь настаивать, не успеешь оглянуться, как станешь подозреваемым в двойном убийстве.

— Там остались трупы. Я сам пойду в тюрьму, если в них найдут хоть одно пулевое отверстие. Я могу показать на карте…, – начал я и тут же осекся, сообразив, что произвести несколько выстрелов в мертвое тело можно в любой момент. Особенно, если учитывать, что мой пистолет сейчас находится неизвестно в чьих руках, возможно даже у шефа в сейфе. Конечно, судебно-химическая экспертиза наверняка докажет мою правоту, но кто, кроме меня, будет заинтересован в этой экспертизе?

— Все сказал? – судя по всему, шеф был зол как никогда. – Я не собираюсь искать твоих мертвецов! Даже если они действительно пытали тебя, ты их уже наказал.

— Да никого я не убивал, – я поморщился и снова облокотился на подушку. – Думаешь, я совсем идиот, чтобы наговаривать на самого себя?

— Хорошо! Допустим, что так оно и было на самом деле. Что ты хочешь теперь доказать? Заново инициировать дело о дохлых зверушках, которое мы с таким трудом закрыли? Смысл? У тебя нет ни одной улики, за исключением фоторобота, чтобы доказать причастность своих похитителей к этому делу. И ни малейшей надежды на то, что они могут проходить по другим делам. И что ты будешь иметь в итоге? Два растерзанных трупа и проблемы с прокуратурой? Ты должен будешь хорошо постараться, чтобы доказать, что это был несчастный случай. Пойми, что кроме тебя твоих мифических собак никто не видел.

Как ни тяжело мне было это признать, я понимал, что в чем-то шеф прав. И даже фоторобот, о котором он упомянул, мне уже не поможет. После того, что собаки сделали с лицом лысого, его теперь не узнает даже родная мать.