Книга Люди и звери, страница 115 – Александр Трусов

Когда Зароков выходил из подъезда, я бросил взгляд на окна его квартиры, но ни одна из занавесок даже не шевельнулась. Или всем было наплевать на то, как глава семьи отправляется на работу, или в такую рань в этой семье было принято еще спать. Естественно, что моя бывшая нигде не работала, впрочем, она не работала и тогда, когда мы пытались просуществовать на мою скромную милицейскую зарплату. Но ровно в девять часов, насколько я знал, к дому должен был подъехать джип «Тойота», на котором Ольгу Зарокову вместе с ее няней (женщина проживала в этой же квартире, но только на втором этаже, дополнительно выполняя обязанности домработницы и кухарки) должны были отвезти в гимназию, а значит сейчас в этой квартире никто уже не спал.

Поднявшийся ночью ураганный ветер не стихал ни на минуту. Обрывки газет и полиэтиленовые кульки летали над проспектом, застревали и трепыхались в ветвях раскачивающихся в бешеной пляске деревьев. Зонтики в руках прохожих изгибались, выворачивались на изнанку и так и норовили вырваться и взлететь в низко нависшее над городом свинцовое небо. На противоположной стороне сорвало тент с прилегающей к «Макдональдсу» площадки, и он теперь яростно хлопал по зеркальным витринам, столбам и опрокинутым пластиковым столам и стульям. Огромные лужи были подернуты крупной, перемещавшейся с большой скоростью рябью, превращавшей их в подобие миниатюрных, выходящих из берегов морей.

Меня беспокоило, что в такую погоду занятия в гимназии могут отменить, но мне ничего не оставалось, кроме как терпеливо ждать неизбежного. В глубине души я понимал, что уже принял решение, но боялся в этом признаться даже самому себе. После того, что я намеревался сделать, мне уже никогда в жизни не суждено будет ни оправдаться, ни попросить прощения за свой поступок.

Джип подъехал без пяти минут девять. Водитель не стал выходить, не стал даже сигналить, просто приоткрыл окно и закурил. Я выждал две минуты и вышел из машины.

До подъезда было около тридцати шагов. Я медленно шел, втянув голову в поднятый воротник куртки, стараясь хоть как-то защититься от хлеставшего по лицу дождя, и мысленно продолжал считать секунды. У джипа я задержался и посмотрел на водителя, который равнодушно скользнул по мне взглядом и отвернулся. Его тупое спокойствие настолько меня раздражало, что я готов был немедленно распахнуть дверцу (которая, я уверен, была не закрыта) и сунуть дуло пистолета в его беспечную физиономию. Но я прошел мимо и вошел в здание.

Я все рассчитал правильно. В тот момент, когда за мной закрылась тяжелая дверь подъезда, и я стал подниматься по лестничному пролету к решетчатой металлической коробке старого лифта, они уже спускались на первый этаж. Невысокая женщина лет сорока в розовом плаще, зажав под мышкой папку то ли с нотами, то ли с рисунками, обеими руками держала зонт, уже приготовившись его раскрыть перед выходом на улицу. Девочка шла за ней, безуспешно пытаясь натянуть капюшон своей куртки на два больших белых банта. Они не обращали на меня внимания до тех самых пор, пока я не преградил им дорогу. И даже тогда женщина посмотрела на меня не обеспокоено, а удивленно и возмущенно. Очевидно жизнь в богатом, влиятельном семействе накладывает некоторый отпечаток вседозволенности и самоуверенности и на прислугу.