Книга Шпионское грузило, страница 69 – Лен Дейтон

— Это работа не для темпераментных людей, — возразил Брет.

Лондон. Апрель 1983 года

Для Брета Ранселера тот давнишний обед в Берлине был неприятной заминкой на долгом пути подготовки Фионы Сэмсон к своей цели. Оглядываясь назад, он понимал, что он дал ему возможность внушить ей то чувство убежденности и решительности, которые бывают столь необходимы агенту, когда им овладевает болезненная нерешительность. Это был, объяснял он ГД, один из предсказанных им этапов в ходе инструктажа и подготовки агента к долговременному оседанию. Она находилась в периоде смены ролей. Некоторые называют его «шизотимическим», ибо личности, которая ощущает себя как бы раздвоенной, приходится возвращать нормальное мироощущение.

ГД уже готов был оспорить и терминологию, и научное обоснование ситуации, которые он было счел недопустимым упрощенчеством, но вовремя вспомнил предыдущие дискуссии с Бретом — тот уходил в дебри психоанализа, которые буквально погребали его под напластованиями психологических доктрин, включавших в себя данные исследований, статистику и ссылки на «фундаментальные работы Джеймса и Ланга». Поэтому ГД лишь кивнул.

Брет напомнил ему, что в данном случае агент — женщина, исключительно умная женщина с маленькими детьми. Так что ее состояние носило более острый характер, чем можно было предположить. С другой стороны, эти факторы, которые доставляют ей столько тревог и волнений, устраняют для нее массу сомнений и подозрений, коль скоро о них зайдет речь. Фиона Сэмсон обладает достаточно стабильной психикой, будучи незаурядной личностью, и Брет тонко и осторожно помогает становлению ее поведения, так что ко времени, когда ей придется вступить в игру, Брет не сомневается, что «преображение» будет полным и успешным. После той дурацкой сцены со швырянием бокала с шампанским ее эмоциональная зависимость от Брета, который, в свою очередь, руководствуется решениями, принятыми в лондонском Центре, обеспечивает необходимую мотивацию и внутреннюю убежденность.

— Вы знаете обо всем этом гораздо больше, чем я, — с искренней убежденностью, которая не имела ничего общего с его подлинными чувствами, сказал ГД. — Но в моем понимании научного контекста термин «преображение» означает скорее подсознательное стремление к ненависти и неприязни, чем к любви и уважению.

— Совершенно верно! — сказал Брет. Не в первый раз испытав потрясение перед остротой и проницательностью старика, он быстро поправился, успев добавить: — И этот аспект я неизменно принимаю во внимание.

— Ну что ж, не сомневаюсь, что вы все держите под контролем, — сказал старик, глядя на часы.

— Так и есть, директор. Можете полагаться на меня.

Брет Ранселер пришел к этому выводу не на основе своего опыта общения с полевыми агентами; у него было недостаточно личных контактов с этими странными созданиями за время его карьеры (хотя, конечно, ежедневные решения, которые ему приходилось принимать, оказывали влияние на всю службу). Генеральный директор был отлично осведомлен, что опыт Брета носит чисто административный характер. Он избрал его главным образом потому, что никому не могло прийти в голову — неужели такой типичный кабинетный работник, как Брет, может исполнять функции оперативного руководителя, что, в свою очередь, обеспечивало большую безопасность Фионы в роли двойного агента.