Книга Шпионское грузило, страница 138 – Лен Дейтон

— Оставь Йоппи в покое, — потребовала она.

— Как мы можем оставить его в покое? Он третья сторона.

— Никакая он не сторона.

— Никки, дорогая. Мы оба знаем его роль.

— Ну, так докажи. Вот попробуй доказать.

— Не стоит тащить все это в суд. Единственное, чего ты добьешься, — это только обогатишь адвокатов.

— Кто заказывал «фрутти ди маре»? — завопил над их головами официант, склоняясь к столику.

— Я, — сообщил Брет.

— Вы предпочитаете камбалу без костей, мадам? — спросил официант у Николы.

— Да, будьте любезны, — ответила она.

Брет посмотрел на крошево лука, на котором возлежали четыре холодные сырые креветки и несколько белых, смахивающих на резину кусочков рыбы, и оценил аппетитное филе из камбалы, поданное Николе.

— С растопленным маслом, — предложил официант, — и с пармезанским сыром? — Никки всегда знала, что стоит заказывать: было ли то продумано или ей просто повезло? Или же Пина поспособствовала?

Брет обратил внимание, что обвешанная драгоценностями женщина за соседним столиком скармливала куски своего говяжьего эскалопа ухоженному терьеру под столом.

— Тут прямо какой-то проклятый зоопарк, — пробормотал он, но его жена сделала вид, что не слышит этого.

Покончив со своим филе, Никки положила нож и вилку.

— Я все отдала тебе, — снова начала она, тщательно обдумывая слова. — Я даже согласилась жить с тобой в этой паршивой стране, не так ли? А что я получила от тебя?

— Что ты получила? Ты жила, ни о чем не думая и ничего не делая, в одном из самых красивых домов Англии.

— Это был не дом, Брет, а просто красивое строение. Но когда мне доводилось видеть своего мужа? День за днем мне не с кем было и словом перекинуться, только со слугами.

— Ты должна была привыкнуть проводить время в одиночестве, — сказал Брет.

— Ах так, мой старый друг? А теперь тебе придется познать, что такое быть одному. Потому что я не собираюсь сидеть и ждать дома твоего возвращения, и никакая другая женщина не будет иметь с тобой дела. Скоро ты в этом сам убедишься.

— Меня не пугает одиночество, — сухо произнес Брет. Он отодвинул в сторону салат из креветок. Ему не раз доводилось слышать сетования жены на одиночество, но на этот раз ответ у него был заготовлен заранее: — Оно было свойственно многим людям: Декарту, Кьеркегору, Локку, Ньютону, Ницше, Паскалю, Спинозе и Виттгенштайну, большую часть жизни они провели наедине с самими собой.

Она засмеялась.

— Я читала об этом в колонке писем в Дейли Телеграф. Но все эти люди были гениями. Ты же явно не мыслитель… и уж конечно не философ.

— Я выполняю важную работу, — сказал Брет. Он был уже вне себя. — Это тебе не на бисквитной фабрике работать. Работа на правительство есть работа на правительство.

— Ну да, конечно, а то мы не знаем, чем занимается правительство!

— Что ты подразумеваешь под этим? — спросил Брет со смутным чувством, что ситуация становится просто комичной.

— Они сами издают законы и сами же их нарушают. Они взимают с нас налоги, чтобы повышать себе зарплату. Забирая у народа деньги, кидают их всяким паршивым зарубежным правительствам. Они посылают наших детей во Вьетнам и позволяют их там убивать. Они летают в вертолетах, пока ты давишься в уличных пробках. Они покровительствуют банкам и страховым компаниям в обмен на пожертвования в фонд политических кампаний.