Онлайн книга «Стану смелой для тебя»
|
— Если выне способны справиться со своей карманной стервой, я не обязана работать канализацией для слива её отборного дерьма! Санта говорила, наслаждаясь тем, как мужчина кривится. Ему явно не нравится слушать ругань. Только тогда вопрос: как с той связался? На «вы» Санта ткнула Чернова пальцем в грудь, тут же почувствовав в нём же боль. Потому что он, естественно, не сдвинулся, но скользнувшим на секунду взглядом дал понять – это ему тоже не нравится. И вот этого всего он не ожидал. — Язык попридержи, Санта. Не разочаровывай… Призыв Чернова конечно же был принят Щетинской в штыки. Она фыркнула, усмехнулась, дергаясь, глазами говоря, куда он может засунуть свое предложение и придерживавшие подбородок пальцы. Его прикосновения стали противны. И то, что раньше позволяла, как когда-то таяла… Всё это преобразилось. Кумир пал. На его месте – красивая обертка, гнилая суть… — Мой язык – не ваша проблема. Но напоследок придется немножечко послушать… Санта сцеживала яд не хуже Альбины. Сама понимала, что уподобляется, но сдерживаться не могла. Да и не хотела. В конце концов, она ведь весь день только об и мечтала, как окажется в этом кабинете. Как бросит в лицо. И пофиг, что про Альбину не должно было быть сказано ни слова. Важно, что она изольется. А уж он – как посчитает нужным. Хочет – обтечет. Хочет – впитает. — Это низко, Данила. Это ничтожно. Ни один мужчина не имеет права так поступать. Она вот вам, – рука снова взметнулась, снова же ткнув в слишком твердую для предположений о наличии души грудь. – Не сделала ничего. Она принимала вас в доме. Она всегда говорила только хорошее. Когда папы не стало – я на вас злилась. Вы были нужны нам. Нам многие были нужны. Нас рвали, как тряпку, а все отошли в сторону. Вы не стали «себя рядом закапывать», но и смотреть, как закапывают нас, не захотели. Закрыли глаза. Вы, блин, имели на это право! Но как же это всё было гадко! Вы взяли лучшее… Санта обернулась, схватила с полки одну из наград. В голове абсолютно серьезно проскользнуло шальное: а может бросить? Но это уже слишком. Взвесила, показала Чернову. Который молча и напряженно смотрит в её лицо. Он явно удивлен. Он будто не понимает… И это только сильнее злит. — Вы взяли всё… И ушли. Строили карьеру. Отношения. Не вспоминали. Не тосковали. Поставили фотографию! Феноменально… Награда со стуком опустилась на угол стола, скорее всего его покалечив. Сама Санта вздрогнула от излишне громкого звука, Чернов только рефлекторно скосил взгляд. После чего – вернулся к её лицу. Молчал. Мужские губы были сжаты плотно. Мысли не читались. А Сантины – выплескивались. — Вы – лицемер! Для всех – пример. А сами… Зачем вам это было, Данила? Что вам мама сделала? Я уже поняла, что она очень зря вас попросила за меня. Но не хотите вы со мной морочиться, отказ вам не понравился – ну так в лицо скажите! Зачем вы в глаза с заботой смотрите, а за спиной такое проворачиваете? Санта взмахнула рукой, задевая мужское плечо. Он несколько секунд смотрел на ворот пиджака – туда, где прошлись её пальцы. Потом – снова на неё. И Санте показалось, что его выражение чуть меняется. В нём становится меньше злости – больше задумчивости. Которая почему-то её сбивает. Голос становится тише. Вопросы будто с просьбой. Она не даст ему сказать, пока не изольется. Но где-то на задворках проскальзывает, что сейчас глазами может говорить он. |