Онлайн книга «Иду на свет»
|
— Ты похожа на человека, которому не с кем поговорить… И сделал предельно больно. Как можно только правдой, которую ты даже для себя толком не сформулировал. Неспособность быстро ответить Санта постаралась скрыть, а на самом деле выдала слабость. Подняла стакан, сделала несколько глотков. Знала, что парировать надо. Но как? Если снаряд в мясо рубит душу? К их столику подходит официант, смотрит на Санту, но попросить счет она не успевает. На локоть парня ложатся пальцы присевшего Максима, он снова улыбчив: — Повторите нам, пожалуйста. Берет на себя слишком много. Злит немыслимо. Заставляет Санту потянуться за сумкой. Она хочет достать кошелек, оттуда наличку. Оставить купюру и уйти. Но не успевает. Максим проворней. Её сумочка оказывается в заложниках. А сама она — смотрит на наглеца округлившимся глазами. — Ты мне на один вопрос ответь только… Но возмущенный взгляд мужчину абсолютно не смущает. Он говорит, склонив голову, потом держит паузу… — Отдайте мои вещи. С губ рвется «Данила запретил вам ко мне приближаться», но эта формулировка злит саму Санту. Дело не в запрете Данилы. Она сама — человек, который в праве определять круг своего общения. И Максим — не тот собеседник, в компании которого она готова провести хотя бы десяток минут. Им говорить не о чем, даже если мужчине кажется иначе. — Один вопрос и отдам… Его наглость поражает, но поражаться глупо. В подобной наглости — его суть. В этом его стиль. За это он кем-то ценится. Выдирать силой — стыдно. Идти на условия — неправильно. Санта чувствует себя немного пойманной… — Почему ты проигнорировала предложение? Ладно, на вечере. Чернов бдит… При нем нельзя… Это я понимаю, — ирония по отношению к Даниле кажется Санте кощунственной, раздражает, но перебить она не успевает. — Но почему на второе не ответила? Вряд ли предел твоих мечтаний — глушить вечерами коктейли в баре наедине с собой, пока Чернов приумножает череду своих побед… А в Лексе у тебя точно была бы компания… — Какое второе? — Санта постаралась вычленить из потока речи Максима важное. Повторила. Нахмурилась. Посмотрела в голубые глаза. Наверное, впервые так прямо. То ли почувствовала, то ли увидела в них вспышку. Судя по всему, мужчина доволен. Свою рыбу он подсек… А рыбе как-то пох. Она ждет ответа. — Я писал тебе. Максим поясняет, Санта хмурится сильнее. Она писем не получала. — На почту? — уточняет, получает в ответ улыбку и перевод головы из стороны в сторону. — Нет, малыш… На телефон. Достает свой, разблокирует и бродит пальцами по экрану. Потом разворачивает к ней. Позволяет взять в руки. Проверить номер. Посмотреть дату. Убедиться… Получить новый удар в душу с опозданием. Болезненный и сильный. Он как не доверял, так и не доверяет. Он как решал за неё, так и решает… — Мне нечего делать в Лексе. Но всё это — не дело Максима. Поэтому ему достается притворно равнодушный ответ. Она кладет телефон на столик и толкает к владельцу. Чувствует себя Данилой, который после прикосновений к этому человеку всегда моет руки. Самой тоже хочется… Она встает, выставляет ладонь, без слов прося отдать сумку, но Максим просьбу игнорирует… А её так трясет, что скрывать это сложно. Поэтому: — Я иду в уборную. Когда возвращаюсь — забираю свою вещь и ухожу. Если не забираю — всё равно ухожу. Можешь выбросить в урну, ценного там всё равно нет. — На её ультиматумы мужчина реагирует иронией. Ему вроде как забавно, а ей только злее с каждой секундой. — Не лезь ко мне, Максим… — голос холодеет. Взгляд тоже. Она не просит. Он пусть немного, но серьезнее воспринимает. — Ты везде проигрываешь Даниле. Везде и во всём. У каждого своя судьба. Твоя — такая. |