Онлайн книга «Нерушимые обеты»
|
Ей сейчас приятней, чем обычно. Гаврила слышал, что в беременность у женщин повышается чувствительность. Крышу сносит от мысли, что она теперь ярче кончать может… Гаврила вылизывает грудь, покусывает, дует, ласкает, чувствуя, как Полина то тянет его волосы, то давит на затылок, не контролируя свое желание сильнее ощущать ласки. Он возвращается к издающему всё это время стоны сладкому рту, чтобы осознать степень накрывающей Полюшку похоти. Она дрожит, с силой сжимая его щеки, ласкает своим протолкнувшийся между зубных рядов мужской язык и прикусывает даже, когда Гаврила проезжается ладонью от живота вниз – под резинку шортов и трусиков. Она там влажная очень. Хочется её до одури… Поля приподнимает бедра, позволяя стянуть шорты вместе с бельем. Гаврила накрывает ладонями её колени, она их шире разводит, сама тянется к подолу его футболки, требует: — Всё сними… И штаны тоже. Гаврила накрывает её тело своим, послушавшись – избавившись от лишнего. Возбужденный член скользит по набухшим складкам, упирается во вход. Гаврила ловит Полин взгляд. К губам коротко прижимается, напоминает свое обещание: — Осторожно, обещаю… Она кивает и только после этого он тягучим движением вводит в неё член. Гавриле пиздец как сложно сдерживаться. Она такая горячая и тугая, он даже близость её разрядки чувствует, как собственную. — Я долго не смогу, – Полина признается Гавриле на ухо, сильно сжимая приподнятыми коленями его бока, Гаврила ловит её губы, успокаивая: — Не нужно долго. Лети, я догоню… Разрешает, начиная медленно двигаться и любоваться. Его с головой накрывает нежностью. Полина сильнее выгибается, царапает ногтями мужскую спину, стонет протяжно… Гаврила знает, что ей бы сейчас парочку резких движений, но перегнуть боится. Поэтому даже ускоряется как-то медленно. У неё правда получается продержаться недолго. Почти сразу кончает. Но видно, что сильно… До открытого от удовольствия рта, сбившегося дыхания и бордовых полосок на его лопатках… Полина лежит такая трогательная, что нет сил сдержаться – Гаврила склоняется, горбится, целует коротко в губы, их уголки, подбородок, щеки, нос… И сам улыбку у себя вызывает, и у Полины… Она дышит не совсем ровно, но потихоньку приходит в себя, ерошит его волосы, тянет лицо Гаврилы вверх, просит к губам вернуться, шепчет в них: — Люблю тебя. Продолжай. Можно быстрее. Мне не больно. Я еще хочу. Разрешает. И Гаврила слушается. Ему нельзя совсем голову терять, но хотя бы немного – очень хочется. Он кончает в ней – на глубине. Между ними ни резинки, ничего. Там уже их ребенок, а всё равно кайф особый. Неповторимый, но повторять очень важно. Гаврила скатывается, но оставить её в покое не может. Подгребает Полину, вжимая спиной в свою грудь и обнимает со всей силы. Он сразу ещё её хочет – упирается в её нежные ягодицы своим возбуждением, но хотя бы немного отдохнуть Поле не помешает. Она тяжело дышит и тоже внизу сокращается. Во второй раз поймали вместе. Поэтому Гаврила держит её в своих руках, укутывая собственным жаром. Вжимается носом в волосы и дышит. Сука. Сдохнуть ради вот этого готов. Но лучше бы, конечно, жить… Пусть кончил вот буквально минуту назад, а накрывает такой немыслимой жадностью к ней, что сил нет сдержаться. Одной рукой всё так же держит в объятьях, а другой вниз едет. Накрывает живот. Гладит. |