Книга Преданная, страница 23 – Мария Акулова

Елена. Та самая рыжая девушка, которая вышла из его автомобиля.

Вот про нее я знаю, пожалуй, больше, чем хотела бы. Спасибо прекрасным сотрудницам из судебной канцелярии. Не могу сказать, что я нашла здесь кого-то себе по душе. После истории с Лизой поиски дружбы вообще на паузе. Может быть я ужасный, слабый человек, но отделить подругу от ее отца не могу. Опасаюсь и ее тоже.

Она шлет мне фотографии из Греции. Я отвечаю реакциями вяло и с задержкой. Спрашивает, как там моя стажировка. А я не могу отделаться от мысли, что наше общение отныне токсично.

Сейчас телефон снова жужжит. Я бросаю взгляд на экран и не открываю. Даже предпросмотр сделать не тянет. Мне не интересно.

И что за дверью происходит тоже лучше не думать.

Но если верить разговорчивым сотрудницам канцелярии, мой Тарнавский закрутил интрижку с Еленой из соседствующей с судом прокуратуры.

Елене двадцать восемь. Она не замужем и совсем не против. Он… Что он — никто не знает. Но ебет. Это под сомнение не ставится.

Взгляд сам собой соскальзывает на часы. Шестнадцать тридцать семь. Они внутри уже тридцать минут.

Я искренне не знаю, что прокурорше может быть нужно в кабинете судьи хозяйственного суда в профессиональном плане. Поэтому… Я тоже почти уверена, что ебет.

Оставляю вот это «почти» как люфт для веры в чудеса. Во мне ее совсем немного, но а вдруг?

Из-за двери не разносятся двузначные звуки. Только иногда смех. Смазанные слова. Я различаю тональности. Подташнивает от ее сладкого голоса. Его — низкий — делает больно.

Я не стану рыдать в подушку, что у моей безответной любви есть личная жизнь. Я бы и себе хотела, честно, но сейчас либидо на нуле. Стресс.

Паранойя не позволяет даже гуглить со стационарного компьютера не касающиеся работы вещи. Об играх я вообще молчу.

Чтобы не циклиться на мыслях о том, что за дверью, откидываюсь на кресле и беру в руки телефон.

Открываю переписку с Лизой. Без горящих глаз и эмоциональной отдачи просматриваю новую серию фотографий возле бассейна. Строчу безразличное:

«Круто, Лиз»

Она очень быстро читает. Я даже на это злюсь.

«Зай, ты на меня обижена? За что? Я извинюсь»

Шумно выдыхаю и откладываю мобильный. Основания ладоней вжимаю в глазницы. Становится темно-темно. Борюсь с чувством вины и гашу злость.

Собираюсь снова взять мобильный и написать, что не обижена, но застываю с протянутой к мобильному рукой.

Ручка той самой двери едет вниз. Из кабинета выходит Елена.

Я смотрю на нее. Она — в ответ. Улыбается. Светится. Мне безосновательно хочется назвать ее наглой сучкой. В голове я это и делаю. В реальности просто слежу, как она закрывает дверь за своей обтянутой юбкой-карандашом задницей. Подходит к зеркалу в моей приемной. Поправляет помаду. Волосы. Тянет подол ниже.

У меня перед глазами проносятся картинки, которые я не хотела бы представлять. Он ее на столе или на диванчике? Я видела. В углу стоит.

Хмурюсь, мотаю головой. Елена оглядывается.

Обычно она не проявляет ко мне интереса. А тут изучает. Размышляет немного…

— Ю-ля.

Зачем-то по слогам произносит мое короткое имя.

— Я могу чем-то помочь? — Хочу услышать «нет», потому что помочь-то я может и могу, но точно не хочу.

Елена улыбается ярче. И снисходительней. Может быть чувствует мою слабость. Может быть просто хочет своим видом показать, что с ней мне тягаться не стоит. Но я и не собираюсь.