Онлайн книга «Замуж в наказание»
|
И хочется, и колется. Смотрю на носки своих балеток. Они милые, но меня как будто шайтан подначивает, шепча, что та, другая, наверное, не просто брови бы причесала в туалете ТЦ, а оделась бы, обулась… Я почему-то не допускаю, что мой муж… М-м-м… Предпочитает обычных женщин. А может просто успокаиваю себя хотя бы тем, что не с первой встречной? Ох, Айка! Ну что за мысли? — Идем или ты передумала? Вопрос Айдара прерывает раздумия. Я поворачиваюсь к мужу, смотрю растерянно. А он сжимает руками распахнутую дверь и борт машины. Сердце начинает качать кровь быстрее. Она же бьет краской в щеки. Я решаюсь. — Хочу переобуться. Я для чего-то такого их и покупала… Как не огреть себя по лбу, Аллах? Вот как? Смотрю на коротко улыбнувшегося Айдара и со стыда сгораю. Для чего "такого", Айка? Для ужина после того, как он провел ночь с другой? Р-р-р-р-р… Злюсь на себя. И на него тоже. Но на него нельзя. Муж берет себя в руки и кивает. — Конечно. Я подожду… — Рехмет… Благодарю непонятно за что и сгибаюсь пополам, быстро доставая из пакета коробку. Изо всех сил борюсь с накатывающим смущением. Айка, что ты творишь… Зачем? Но и на попятную идти вроде как поздно. Поэтому сбрасываю балеток с ноги, ставлю ее пяткой на сиденье. Подол платья тут же съезжает по бедру. Спасибо, негодник! От возмущения у меня почти что пар из ушей валит. Из глубин сознания вылезают сидящие на подкорке истины: юбку нужно тут же поправить. Ноги – прикрыть. Я не ношу мини не потому, что ноги некрасивые, а потому что женщина не должна чувствовать себя товаром на прилавке. В своей прошлой жизни непременно так и сделала бы. А сейчас борюсь и с истинами, и с собой, ис босоножками. Злюсь. Скашиваю взгляд и захлебываюсь воздухом, потому что Айдар, к сожалению, спокойно смотрит. Он твой муж, Айлин. Муж… Напоминаю себе, сдерживая порыв. Больше всего на свете не хочу выглядить перед ним глупой малолеткой. А потяну ткань вверх – покажусь именно такой. Поэтому пусть у самой от происходящего скорее всего даже давление подскочило, притворяюсь, что всё в пределах нормы. Застегиваю босоножек дрожащими пальцами, ткань не поправляю, опускаю ногу на пол, беру в руки второй… Чувствую взгляд кожей, но повернуть голову к мужу больше не рискую. Он всё замечает. Щекочет щиколотку, проезжается по икре, коленке, бедру… Следит, как неумело борюсь с крючком. Греет щеку… Когда оба босоножка застегнуты, я выдыхаю, смотря на Айдара, улыбаюсь… — Я всё… Встреча глаз снова выбивает из колеи. Незаметно, как самой хочется верить, тяну ткань вниз еле двигающимися пальцами. Сглатываю слюну. Он наконец-то улыбается – выдыхаю. Если бы я была героиней одного из сериалов, которые смотрела в детстве, или книг, которые читала украдкой, спросила бы, понравились ноги или нет? Но я – Айка Салманова. Скромная дочка своего уважаемого папы. До сих пор. Смелости не придает даже тот факт, что Айдар не считает меня такой уж невинной. Это, кстати, немного обидно. — Не знал, что лисички есть без каблуков не пускают… Айдар колко шутит, я закатываю глаза, мысленно говоря: спасибо, что смещаете фокус и разряжаете обстановку, господин прокурор. Он в ответ на мое показательно утомленное шутками лицо смеется. Я тянусь к ручке и слышу: — Не торопись. Выйти помогу. Хочу есть, а не коленки тебе зеленкой мазать. Хорошо, Айлин-ханым? |