Онлайн книга «Моя тюрчанка»
|
Посмотрев на Ширин, я увидел: на лицо ее будто набежала тень; губы любимой были плотно сжаты, красивые брови – чуть нахмурены, опущенные глаза – как бы потухли. — Милая, что с тобой?.. – с тревогой спросил я, опуская руку на плечо моей девочки. Моя красавица подняла на меня невеселый взгляд: — Нет… Ничего… Я только… Выпрямившись – Ширин поправила волосы и – видимо, собравшись с мыслями – слабым голосом сказала: — Я просто подумала о том, что мы на настоящем кладбище обитателей Земли. Перед нами окаменелые кости и черепа сотен существ, когда-либо бродивших по суше, рассекавших моря или паривших в атмосфере нашей планеты. Некоторые из этих… созданий… жили, когда очертания материков были другие. Климат, ландшафты – все было не как сейчас. И нет ни одного человека, который видел бы тех амфибий, рептилий, птиц, зверей своими глазами – потому что нас отделяет от этих животных какое-то невообразимое количество миллионов лет. А история человеческого общества, по масштабам эволюции, есть лишь миг; век же отдельного хомо сапиенса – вообще ничтожная доля секунды… А если еще подумать: история самой Земли – не миллионы, а миллиарды лет назад образовавшейся из облаков раскаленного газа – в разы длиннее истории жизни на планете. Развитие живой природы от одноклеточного до человека – лишь яркая недолгая вспышка на фоне того безумного числа веков, в течение которых наш земной шарик вращается вокруг солнца… Но я больше скажу: какой бы долгой не казалась нам история Земли, а в триллионы раз длиннее астрономическая эпоха, в которую не было ни Млечного пути, ни солнца, ни Юпитера, ни тем паче нашей сине-зеленой планетки. Нашему появлению на белом свете предшествует вечность. Вечность, вечность существует материя (которая, суть, комбинация атомов и пустоты), постоянно принимая новые формы. Бесчисленные – да, бесчисленные, и это не метафора!.. – миры возникли из космического хаоса, прошли свой насчитывающий миллиарды лет жизненный цикл и рассыпались обратно на микроскопические частицы, прах и пыль, прежде чем мы родились. Целую вечность нас не существовало. Мне не по себе, когда я размышляю о таких вещах – понимаешь?.. У меня ощущение, что все эти миллионы и миллиарды лет наваливаются на меня килотоннами груза… Голос моей девочки дрожал. Она прервалась, тяжело вздохнув. Ее глаза серны, в которых отражались тоска и смятение, смотрели куда-то мимо скелета шестиметрового крокодила. А я уставил взгляд на мою милую. Я легонько сжал ее тонкие пальчики, выражая поддержку. Что еще я мог сделать?.. Да, Ширин права: наша овальная Земля, вместе со всем родом Адама, в масштабах Вселенной стоит еще меньше, чем одна-единственная песчинка в сравнении с пустыней Гоби. А жизнь человеческая скоротечна, как у цикады. Выкопавшись из-под почвы, в которую были занесены еще личинками, и из-под слоя гнилых листьев, цикады роями поднимаются в воздух. День напролет кружатся над землей, спариваются и стрекочут. А когда солнце идет на закат – откладывают личинки, какими и сами были еще недавно, и… умирают. Крохотные трупики несчастных крылатых насекомых устилают землю. Кажется, Ширин заразила меня своей экзистенциальной грустью. А ведь когда мы обходили шестой зал, моя девочка была веселой, вся сияла, восторгалась окаменелостями. Да уж, как и следует жгучей красавице, моя милая была переменчива, как луна. Но я любил свою нежную тюрчанку в том числе и за это. |