Книга Тени у костра, страница 27 – Владимир Торин, Ирина Иванова, Екатерина Шабнова, и др.

— Чего прячешься? – шепнул он ей в самое ухо.

Вскрикнула Вела, вскочила, серп на Некраса наставила. А он стоял, по обыкновению голову к плечу склонил и улыбался от уха до уха.

— Почему ты так напугана, ласочка? – вкрадчиво спросил он. – Не рада видеть меня?

— Уходи! – велела Вела. – Иначе…

— Что? Ты ведь сама меня в дом пригласила, помнишь? – Он шаг к ней сделал. – Неужели любовь твоя прошла уже?

— Кто ты?!

— Я? – притворно удивился он. – Некрас, любимый твой.

— Врешь!

— Разве хорошо так возлюбленного встречать, Вела?

— А разве можно любить покойника?!

Расхохотался Некрас, и увидала Вела, что тень за его спиной уродливая да с рогами!

— Оставь меня! Уходи! – выкрикнула она.

— Как же я уйду, если мы навек теперь связаны? – Некрас венок на голове поправил. – Сказала ты, что люб я тебе. Так пойдем со мной.

— Куда?

Вела попыталась дверь отворить, но не поддалась та, будто заколотили ее.

— По небу летать, ласочка. Ведь не врал я тебе, правду открыл, а ты слушать не хотела.

— Что за тварь ты нечистая?! Не подходи ко мне!

Обожгло лоб, схватилась Вела за голову и почувствовала, что на ней венок невесть откуда взялся. Попыталась она его снять, да не тут-то было.

— Не говорила тебе матушка, что плакать по покойникам нельзя? – Некрас продолжал улыбаться. – Услышал я, как ты рыдаешь, вот и явился. Сама меня позвала, а теперь прогоняешь? Нельзя так, Вела.

— Не тебя я звала! – возразила она.

— Веслав твой тоже приходил, да только пугал тебя больше. Пытался ведь показать тебе, где искать покойника надо, у которого я личину забрал, а ты не видела ничего. Виноват ли я, что ты такая наивная?

— Приходил? – удивленно повторила Вела.

— Защитить тебя хотел твой ненаглядный, все по дому бродил, следы оставлял, огненной искрой в лесу светился, а ты… – Некрас руками развел. – Полюбила другого и ничего не заметила.

— Не люблю я тебя! – зло бросила Вела. – Нечисть ты проклятая, нет тебе места на этой земле!

— Хватит, Вела.

Появился он за ее спиной, обхватили Велу руки горячие. Закричала она, принялась извиваться, от тлеющей одежды дым подниматься начал.

— Отдала ты мне сердце, Вела, – шептал Некрас ей на ухо, – и теперь никуда от меня не денешься. Как только заговорила со мной, так и пропала, бедненькая.

Развернул он ее к себе, и разглядела Вела, что голову его рога венчают. Глаза стали козлиными, желтыми, по полу застучали копыта.

— Черт… – выдохнула она.

— Люб я тебе, Вела?

Завопила она, но поздно было: закружил ее вихрь огненный, и пропали они.

Поговаривали потом старики, что в ночь, когда пропала Вела, видели они в небе звезду яркую, летела она по небу, оставляя за собой пламенный след.

Мчится охота, и я мчусь вместе с ней. Звонкий лай загонщиков все ближе, запах страха добычи – четче. Большая часть стаи отстала и выдохлась, но не я. Мои лапы сильны, мое тело – пружина, мое дыхание – ритм. Справа мелькают черные спины – свита Матери-Охотницы бежит подле своей госпожи. Прыгнет ли она сегодня первой? Зверь в разы больше и сильнее привычного, и глава стаи медлит: она уже в тех летах, когда начинаешь бояться промаха. По Закону, чтобы твое место заняла более молодая и сильная, одной ошибки мало, но после нее это станет лишь вопросом времени. Власть великой пошатнется.