Книга Ловец Чудес, страница 85 – Рита Хоффман

— Куда ты везешь меня?

— К заказчику.

— Ты собираешься отдать меня Коллекционеру?! – возмутился я.

— А чем ты лучше кровопийцы, за которым мы ездили в Карпаты? Вампир есть вампир, малыш.

Со мной случалось много скверных вещей, но я никогда не чувствовал себя вещью. Жгучий стыд накрыл меня с головой, пришлось схватиться за край комода, чтобы не упасть под его натиском.

— И что он будет со мной делать? – мне не удалось скрыть дрожь в голосе.

— Все, что ему заблагорассудится. А ведь тебя не волновал этот вопрос, когда ты согласился на его задание, – заметил Филипп. – Что, неприятно чувствовать себя трофеем?

— Откуда эта злость? Разве, – мой голос опять дрогнул, – я сделал тебе что-то плохое? Если это из-за Проклятого Дитя, так я…

— Сколько Чудес ты изловил? – резко перебил меня Филипп.

— Не знаю, – честно ответил я.

— Ты никогда не думал о том, – вкрадчиво начал громила, – что они чувствовали?

— Кто? Чудеса? Не будь идиотом, они… – Я осекся.

— Они ничего не чувствуют? Да, да, именно эту чушь всем Ловцам скармливает Орден, я наслышан. – Филипп усмехнулся. – А тебя устраивало это объяснение, оно успокаивало твою совесть, как и кругленькая сумма на счету. Верно?

— К чему ты клонишь? – пытаясь сохранить остатки достоинства, резко спросил я.

— К тому, что я просто выполняю свою работу. И мне тебя жаль настолько же, насколько тебе было жаль каждого проклятого джинна, которого ты передал в руки Куратора.

— Но я не просто Чудо! – крикнул я и против своей воли переместился к двери.

— Под дверной коробкой заложены цветы чеснока, – скучающим тоном сообщим Филипп. – Ты не выйдешь из этой комнаты.

— Я не просто Чудо, – упрямо повторил я. – Несколько недель назад я был человеком! Меня нельзя похищать и продавать! Я не раб!

— Все мы рабы, кто-то в большей степени, кто-то в меньшей. А ты еще и убийца.

— Я никого не убил! – меня захлестнуло возмущение.

— Так вот почему ты так слаб, – задумчиво протянул Филипп. – Как ты выжил, если не пил кровь?

— Пил, – нехотя признался я, – но не человеческую.

— Истребил всех кошек в округе? – на грубом лице громилы промелькнуло что-то вроде кривой усмешки.

— Я даже кошек не трогал! Только крыс… Белок… – Я запустил пальцы в волосы и постарался успокоиться. – Прошу тебя, я никому не причиню вреда. Буду питаться только животными, покину Лондон, я…

— Оставь эти обещания Коллекционеру. Я всего лишь исполняю его волю. – Филипп отмахнулся от меня как от назойливого насекомого.

— Ты действительно голем? – неожиданно для самого себя выпалил я.

Ледяные глаза Филиппа блеснули острой насмешкой. Его грубый рот широко открылся, он поднял язык, и я увидел под ним тетраграмматон.

— Господи… – пробормотал я и попятился. – Так это правда!

В голове вспыхнул предупреждающий сигнал. Разрозненные кусочки мозаики начали собираться в единую картину, внезапно открывшую мне всю чудовищную правду.

— Тебе не нужен был напарник, – выдохнул я. – Вам был нужен жертвенный агнец.

— И желательно такой, которого никто не станет искать, – подтвердил Филипп.

— Но все это невозможно было продумать, – пробормотал я. – Вы не могли знать, что он меня укусит, не могли быть уверены в том, что он не сбежит!

— Мы не были уверены, мы лишь надеялись, что все пройдет как надо. Старого кровопийцу поймать почти невозможно: он слишком хитер и силен. Но можно зажать его в угол, – бесстрастно сказал Филипп. – И мы сделали это – он был слаб и не мог дать нам отпор, но при этом слишком горд, чтобы просто сдаться. Только молодые боятся смерти; если ты живешь вечно, смерть начинает казаться избавлением. На то и был расчет.